Алису. — Слышишь этот звук? — Настя подносит микрофон телефона ближе. — Это хлюпанье — звук её готовности. Она теперь такая рыхлая внутри, Саш. Мы растянули её так, что три два пальца там просто потеряются. Она теперь — один сплошной коридор.
— А теперь — мой любимый отдел, — Аня переводит камеру на грудь Алисы.
Соски Алисы после вакуума превратились в два напряженных столбика. Аня длинными ногтями начинает медленно водить по ареолам, которые стали размером с блюдца. — Глянь, как они реагируют! Твердые, как пули. Алиса, скажи мужу «спасибо» за то, что у него такие заботливые подруги.
Алиса пытается что-то сказать через кляп, её глаза закатываются от переизбытка ощущений. Она выглядит абсолютно сломленной и в то же время зависимой от этого внимания.
— В общем, план такой, — Аня снова поворачивает камеру на себя. — Мы сейчас еще разок пройдемся по её «дыркам» расширителями, чтобы закрепить результат, и отправим её к тебе на такси. Она будет в одном плаще, совершенно «раскрытая». Твое дело — принять её и проверить, насколько глубоко мы смогли продвинуться в этот раз. Согласен?
Марина перехватила телефон, и показала самый сочный ракурс. Камера замерла в нескольких сантиметрах от распухшей промежности Алисы.
— Смотри внимательно, Саш, — шепчет Марина. — Видишь, как её вареники безвольно разошлись? Она уже не может их контролировать.
Настя густо смазывает «Тюльпан» и начинает медленно вводить его в Алису. Слышно лишь тяжелое, вязкое хлюпанье. Алиса выгибается, её пальцы на ногах судорожно сжимаются, а босые ноги стучат по полу.
— Теперь смотри на магию, — Настя начинает медленно вращать рукоятку на основании девайса.
Механизм внутри Алисы начинает раскрываться. На моих глазах её рыхлые, податливые ткани натягиваются до предела. Вход в её пизду превращается в идеальный, широкий круг. Тонкая кожа половых губ натягивается настолько, что становится почти прозрачной, обнажая сеть пульсирующих венок.
— Глянь, как она растягивается! — Аня тычет пальцем в край зияющей плоти. — Никакого сопротивления, Саш. Мышцы просто сдаются. Она теперь внутри — как пустой зал. Ты сможешь заходить в неё, даже не касаясь стенок, если захочешь. Или наоборот — она обхватит тебя своим новым, огромным рельефом.
Алиса мычит в камеру, её глаза затуманены.
— Она течет как не в себя, — Настя показывает свои пальцы, с которых капает густая, прозрачная смазка вперемешку с остатками геля. — Видишь? Её тело само просит, чтобы его заполнили чем-то еще более крупным.
Марина в это время не дает Алисе расслабиться «сверху». Она берет вакуумную присоску и снова присасывается к её торчащему соску, вытягивая его еще на пару сантиметров прямо в кадре.
— Давай, работай, — раздается рядом командный голос Насти, которая заменяет кляп на огромный и длинный фаллоимитатор.
Алиса начала медленно заглатывать инструмент. Её новые, пухлые губы с трудом обхватывали такой объем, создавая невероятно тугое кольцо. Мы слышиим её тяжелое дыхание и вязкое хлюпанье смазки. Она смотрит прямо в камеру, как бы демонстрируя, что теперь её рот может принимать гораздо больше, и глубже чем раньше. Шея растягивается кажется вот вот лопнет...
— Видишь, Саш? — Аня провела пальцем по её налитой губе. — Она теперь как живой вакуумный насос.
— Ну всё, Саш, — Аня снова забирает телефон. — Мы зафиксируем этот расширитель еще на пятнадцать - двадцать минут, чтобы ткани «запомнили» этот объем. Потом вынимаем, набрасываем на неё плащ и отправляем в такси.
Она подносит камеру к самому лицу Алисы. — Посмотри на неё напоследок. Эти губы, эти глаза... Она приедет к тебе абсолютно «разобранной». Ты даже не представляешь, насколько она сейчас мягкая
я не ебанная сисястая сучка!!!