половые губы: из-за постоянного трения и новых доз разогревающего геля стали еще массивнее, напоминая два постоянно влажных, темных вареника, которые хлопали при каждом движении. Анус - перестал смыкаться вовсе. Он превратился в аккуратное, темное отверстие, которое не закрывалось даже в состоянии покоя — вечное «приглашение», как и хотела Аня.
После нескольких часов непрерывного использования, когда Алиса уже едва соображала, где верх, а где низ, Марина скомандовала «перерыв». Но это не было милосердием — это была подготовка к рекорду.
— Она достаточно размякла, — Марина брезгливо вытерла руки о сиськи Алисы. — Её ткани стали податливыми, как теплый пластилин. Пора проверить, насколько глубоко зашел наш прогресс. Настя, неси «Тройчатку».
«Тройчаткой» в их узких кругах называли устройство, позволяющее закрепить три фаллоса в одну связку. Марина решила пойти по «живому» пути.
— Ну-ка, Настя, — Марина широко развела бедра Алисы, которые теперь безвольно падали в стороны. — Посмотрим, насколько бездонной стала эта «приличная мамка». Заходите все вместе как бы приглашая вибраторы сказала она. В одну дырку. Алиса в ужасе округлила глаза, её огромные алые губы на лице судорожно задрожали под кляпом. Но её рыхлые, послушные мышцы промежности уже не могли сопротивляться.
— Смотри! — Настя присела рядом, восторженно тыкая пальцем в натянутую плоть. — Она приняла их! Её увеличенные половые губы просто исчезли, растянувшись в тонкую нитку, чтобы вместить всё это! Марина, это успех! Она больше не женщина, она — промышленный шлюз!
Алиса только мычала, чувствуя, как её нутро окончательно теряет человеческую форму, превращаясь в огромный, влажный коридор. Марина начала легкие движения своими девайсом поочередно включая из в режим вибро, и Алиса чувствовала, как её органы буквально трясутся и вжимаются в позвоночник, освобождая место для коллективного износа. Готова! - Рядом засмеялась Аня, все время сидящая в кресле напротив.
Мы сидели в другой комнате приехав немного позже что бы нас не видела Алиса и сидели, распивая пиво...и наблюдая весь этот процесс на огромной плазме. Раздался звук уведомления на моем телефоне. FaceTime. Экран заполнило лицо Ани — она весело смеется, а на заднем плане слышны приглушенные стоны Алисы.
— Привет, дорогой! — Аня хищно улыбается. — Решили сделать твоей женушке внеплановое «обслуживание». Она тут немного расслабилась, мышцы начали приходить в тонус... Мы решили, что это непорядок. Посмотри, что мы тут натворили.
Аня переключает камеру на основную. Алиса уже зафиксирована на широком кожаном диване в гостиной. Она в одних своих высоких сапогах, руки заломлены за спину и стянуты ремнем. Ее ноги широко расставлены а сиськи безвольно свисают, дразня торчащими сосками... рядом усердно трудятся Настя и Марина...
— Посмотри на её лицо, — Аня подносит камеру вплотную. — Мы прошлись вакуумом по губкам этой шлюшки. Видишь, какие они теперь? Как две спелые вишни. Она ими теперь даже говорить толком не может, только сосать и заглатывать.
Переводит камеру на Марину - О, Сашка, смотри! — Марина машет в камеру рукой, которая по локоть блестит от смазки. - Твоя Алиска сегодня просто бьет рекорды. Мы снова использовали ту перцовую мазь и помпы. Глянь на её «вареники»!
Камера фокусируется на промежности. После процедур увеличенные половые губы Алисы выглядят вызывающе: они темно-малиновые, налитые кровью и настолько пухлые, что буквально выворачиваются наружу, обнажая ярко-алый, влажный вход.
— Видишь, как они пульсируют? — Настя проводит пальцем по краю плоти. — Она теперь не может их спрятать. Даже если она наденет самые плотные джинсы, этот бугор будет кричать о том, как мы её тут разделали.
Настя берет массивную стеклянную игрушку и на твоих глазах медленно вонзает её в
Елена Николаевна в школе