растворились в этом "логичном" оправдании. Вид её зада, приоткрытых губ и блестящей дырочки окончательно выжег последние тормоза.
Наташка не обернулась, только тихо застонала, когда мои руки легли ей на бёдра. Приставил головку к входу и медленно, сантиметр за сантиметром, вошёл, чувствуя, как стенки плотно обхватывают ствол. Внутри она была горячая, скользкая, будто давно меня ждала. Наташка протяжно застонала, выгнула спину, жопа подалась назад, насаживаясь глубже.
— Оооох... бля... какой толстый... — простонала, вцепившись пальцами в край ванны.
На секунду замер, чувствуя, как её киска пульсирует вокруг члена, потом начал медленно двигаться. Чавкающие звуки заполнили ванную, смешались с её стонами и моим тяжёлым дыханием. Сестрёнка подмахивала назад, встречая каждый толчок, жопа шлёпала о мои бёдра.
— Ооооохххх, бляяяя.... Кккккак хххххорошо.... - прорычала, покручивая свои соски.
Я ускорился. Толчки стали резкими, жёсткими, член входил и выходил почти полностью. Её соки текли, капали на пол, чувствовал, как она внутри сжимается, как стенки пульсируют, приближая оргазм. Громко зарычав, вдавился до упора и начал кончать. Горячая, обильная сперма заполняла её. Наташка вдруг закричала, сжалась судорогой и кончила следом. Её киска приятно пульсировала. Сперма смешалась с её соками и потекла по бёдрам, капала на кафель.
И тут силы покинули её полностью. Сестрёнка обмякла, руки соскользнули с края ванны, тело осело. Тяжело дышала, ноги дрожали, глаза закатились. Если бы не подхватил за талию, просто повалилась на пол. Она была лёгкой, пахла потом, коньяком и сексом. Аккуратно отнёс в спальню. Жёнушка спала крепко, уткнувшись лицом в подушку, даже не пошевелилась, когда уложил подругу рядом с ней.
Разложил диван, лёг, но сон не шёл.
"Бля, что я наделал? Это же сестра. Если Ленка узнает... Вообще пиздец! - крутилось в голове - Нет, никто не узнает. Ленка была в отключке, ничего не видела. Наташка пьяная в хлам, утром ничего не вспомнит. Или сделает вид, что не помнит. А мне... бля, мне было так охуенно!".
Перевернулся на другой бок. Член снова начал твердеть от воспоминаний. "Да ладно, всего дин раз - улыбнулся в темноту - Ленка сама её вылизывала. Значит, всё честно".
С этой мыслью наконец уснул.
Утро пришло с адским похмельем. Ленка проснулась первой, села в кровати, держась за голову.
— Бля... у меня голова сейчас взорвётся... — прохрипела, не открывая глаз, — Таблетку!
Принёс ей воды и аспирин. Она выпила, легла обратно и отвернулась к стене.
— Что вчера было? — пробормотала через минуту.
— Девичник. Коньяк. Много коньяка, — коротко отчеканил.
— Больше ничего не помню. И не хочу помнить. Голова трещит... Если скажешь хоть слово про то, что мы натворили, убью. Понял? Просто молчи!
Наташка проснулась ближе к обеду. Выглядела лучше, чем Ленка, но тоже помятая. Волосы растрёпаны, глаза чуть припухшие. Она молча встала, пошла в ванную, умылась, вернулась и начала собираться.
Ленка всё ещё лежала, не шевелясь, только буркнула:
— Наташ, ты домой? Передай Димону, чтоб он сдох.
— Передам, - сестрёнка улыбнулась, - Спасибо за вечер...
В коридоре она вдруг становилась и посмотрела прямо в глаза.
— Слушай сюда, братишка, — сказала тихо, но жёстко, — То, что было в ванной... Останется между нами. Если хоть одна живая душа узнает, убью. Медленно, но больно. Понял?
Наташка секунду помолчала, потом вдруг наклонилась и быстро чмокнула в губы.
— Но если мне снова будет хуёво... — усмехнулась и моргнула глазом, - Не вздумай отказать сестрёнке в помощи.
Стоял в коридоре, чувствуя, как губы горят от поцелуя, а в штанах тесно тесно...
Ах война...