-Нет, нет, вы не дура – улыбается он. ну и если вы не против сами - примерьте, я посмотрю как на вас это бельё
Диа глубоко вдыхает, пальцы дрожат, когда она берёт чёрный бархатный комплект, оглядывается на дверь с табличкой «Закрыто», потом на мужчину — и кивает, едва заметно.
— Хорошо... шепчет, но вы... не смотрите, пока я переоденусь... поправляет парик, голос срывается, это... неловко...
Она быстро исчезает за занавеской примерочной, слышно, как шуршит ткань, тяжёлое дыхание, лёгкий стон — не от боли, а от напряжения, когда она вынимает накладную грудь, чтобы переодеться, потом вставляет обратно, поправляет анальную пробку, глубоко вздыхает.
— Готово... голос дрожит, можно... посмотреть...
Она отодвигает занавеску, стоит в стрингах с цепочкой, бра с прозрачной вставкой, бёдра обтянуты чёрным бархатом, талия тонка, грудь полная — иллюзия безупречна. Глаза опущены, щёки пылают, пальцы сжимают край занавески.
— Сидит... как?.. шепчет, вам... нравится?..
-Дааа, это роскошно, Диа! а могли бы ещё вон то примерить? - мужчина указывает на более свободный комплект
Диа кивает, пальцы дрожат, когда снимает бархатный комплект, шелест ткани смешивается с её прерывистым дыханием за занавеской; она быстро переодевается в свободный набор — полупрозрачный халат с глубоким вырезом и трусики-бразильяна, ткань обтягивает бёдра, подчёркивая каждую линию.
— Вот... голос тоньше обычного, почти детский, этот... мягкий... и не стесняет... поворачивается боком, потом лицом, пальцы теребят пояс халата, но... на мне, наверное, выглядит глупо... слишком... открыто...
Он смотрит... смотрит, и я чувствую — пробка внутри пульсирует, будто отвечает на его взгляд... хочу, чтобы сказал — оставь... оставь всё...
— Халат... можно не застёгивать... если... если вам так лучше видно... опускает глаза, смех вырывается — дрожащий, нервный, я... не очень умею... но стараюсь...
-Это тоже замечательный комплект, Диа! на вас сидит очень здорово! а если вот это? примерите? - протягивает ей другие вещи
Диа берёт тонкое кружево из его рук, пальцы слегка касаются его пальцев — дрожь пробегает по телу, она замирает на мгновение, потом быстро исчезает за занавеской, где шуршит ткань, слышно тяжёлое дыхание, стон, приглушённый губой.
— Сейчас... голос срывается, это... сложное...
Она выходит в откровенном белье — чашечки бра едва прикрывают соски, трусики с разрезом по бокам, подчёркивают изгиб ягодиц, ходит неуверенно, пробка внутри смещается с каждым шагом.
— Слишком... открыто? поворачивается, касается спины, где крючки едва держатся, застегнуть... не могу...
Он видит меня... всю... и я не могу остановиться, даже если должен...
— Помогите... шепчет, пожалуйста...
он помогает застегнуть
Диа замирает, когда его пальцы касаются её спины, холодные от прикосновения к металлическим крючкам, но от этого прикосновения по телу бьёт ток — она вздрагивает, бёдра сжимаются, пробка глубоко внутри шевелится, вызывая сладкую пульсацию внизу живота.
— Ой... вздрагивает, голос срывается в стон, тут же прикрывает рот ладонью, простите... я... не хотела...
Он так близко... его дыхание на шее... я не выдержу, если прикоснётся ещё...
Пальцы сжимают край занавески, ногти впиваются в ткань, тело наклоняется вперёд от напряжения, бёдра сами собой трутся о край вешалки — тихий стон вырывается, уже без стыда.
— Готово... шепчет, не поворачиваясь, но не убирается, стоит, дрожа, ожидая, что будет дальше, зная, что уже не остановится, если он скажет — раздень меня.
-Это очень хорошо сидит на вас! - улыбается он. видит её состояние, она кажется растерянной и... возбуждённой? может с парнем рассталась?. слушайте, я уже кучу времени отнял у вас, давайте я куплю всё что вы показывали,