как гул голосов, обсуждение квартальных отчетов и шум кофемашины мгновенно стихли. Тишина была звонкой, почти осязаемой.
Десятки пар глаз — от стажеров до начальников отделов — впились в меня с жадностью и нескрываемым любопытством. Вечерний «сюрприз» Алисы вчера стал легендой офиса еще до того, как я переступил порог. Ребята, которых Алиса так решительно выставила за дверь ради «десерта», явно не поскупились на краски, описывая алое латексное белье Насти и кружевные чулки Марины.
Я шел к своему столу не бритый и немного помятый, потому что пробиться в душ у меня так и не вышло, чувствуя на спине буквально физический груз чужой зависти. Коллеги-мужчины застывали с чашками в руках, их взгляды метались от моего небритого лица к моей шее, словно они искали те самые следы «ухода», о которых говорила Марина. А женщигны прикрывали рты ладошками, шушукаясь и бросая на меня оценивающие, кокетливые взгляды — я надеялся что мой рейтинг в их глазах теперь взлетел до небес, превратив знакомого «трудоголика Саньку» в главного альфа-самца компании.
Не успел я включить компьютер, как над моим плечом выросла фигура шефа. Он стоял, засунув руки в карманы брюк, и на его лице боролись напускная строгость руководителя и искреннее восхищение мужика, который только что услышал историю года или да же десятилетия…
— Ну что, выжил? — негромко спросил он, и в офисе стало так тихо, что было слышно, как тикают настенные часы.
Я поднял голову, стараясь сохранить остатки делового вида, хотя перед глазами всё еще стоял образ Алисы в корсете и виляющие жопки Насти и Марины, расхаживающих по кухне с чашками кофе...
— Это правда? — Шеф чуть прищурился, понизив голос до заговорщицкого шепота. — ну то…, что Костян с ребятами несли... Про твою жену и каких то космических телок? Вы реально... вчетвером?
Я почувствовал, как уши начинают гореть, но скрывать очевидное было глупо. Я просто медленно кивнул, глядя ему прямо в глаза.
Шеф замер на секунду, выдохнул и вдруг с размаху хлопнул меня по плечу так, что я чуть не уткнулся носом в клавиатуру. Он выпрямился и на весь офис, заглушая шум кондиционеров, зычно объявил:
— Слышали?! Подтвердил! Красава!
Коллеги взорвались свистом и одобрительными выкриками. Кто-то зааплодировал, кто-то страдальчески застонал, уткнувшись лбом в монитор. Шеф наклонился ко мне, подмигнул и добавил с широченной ухмылкой:
— Что ж, Саня... Жду подробный отчет на планерке. Не по планам, а по технике исполнения! Хотя… идика ты в жопу, счастливчик хренов! Учись, молодежь, как надо дни рождения отмечать, а не напиваться в стельку! Хотя вы и напиваться то не умеете! Жаль, что я не смог приехать, хотя бы одним глазком взглянуть на этих…слова застыли в его горле, и он закашлялся…откашлявшись и громко рассмеявшись, насвистывая какой-то бодрый мотив, зашагал к себе в кабинет. Я сел в кресло, глядя на экран, цифры, таблицы планы....
Я улыбнулся, откинулся на спинку кресла и понял, что этот рабочий день будет самым длинным в моей жизни, потому что реальность за пределами нашей квартиры была лишь блеклой тенью той вселенной, которую подарили мне эти три фурии.
— Ну, за работу... — прошептал я себе под нос, чувствуя, что завтрак из кофе и воспоминаний — лучший допинг в мире.
Гостья