не испытала ощущения «Узла», чему, по ее словам, она очень расстроилась. Ей пришлось объяснить, что это за «Узел», но я все равно ничего не поняла.
Мы несколько минут сидели молча, и я должна признать, что меня переполняли самые разные эмоции, от того, что я только что, услышала, от своей лучшей подруги.
В конце концов я сказала: «Ты же знаешь, что для своего сексуального удовлетворения можно заполучить любого парня, правда?
— Ты тоже могла бы, Маринка, — кивнула она в сторону парней, которые попросились к нам присоединиться. «Вся парни университета тобой восхищается, но я уверена, что никто из них не смог бы трахнуть тебя так, как мой Мухтар.
— Александра! Фу! Что ты предлагаешь мне! — возразила я.
— Тебе бы понравилось, уверяю тебя Мариночка, — хихикнула она. «Тебе стоит попробовать. Мухтар, никому не расскажет, правда? Не то что эти придурки в университете, со своими мужскими разговорами.
Конечно, я сказала ей «Ни за что», но позже, когда я вернулась в свою комнату в общежитии, мои трусики промокли насквозь, от мыслей о том, как мою подружку жестко трахает сзади тот большой пёс, и я часами играла, со своей вагиной, чувствуя себя ужасно виноватой, за запретность всего этого, но в то же время невероятно возбужденной. Один из парней, с которыми я спала на тот период, трахал меня сзади, и мне это очень понравилось. Это заставило меня задуматься, что Мухтар сделал с Александрой. Я почти не спала той ночью, постоянно тренируясь в позе «Собачка», выставляя попу вверх в предвкушении воображаемого возбужденного большого зверя, засовывая ручку расчески себе внутрь и потирая клитор, представляя, каково это будет. Стыд, от возбуждения и мастурбации при мысли о том, как меня трахает возбужденный сильный пёс, только усиливал мои оргазмы.
Мы несколько дней, об этом не говорили, и я чувствовала, что Александра избегает меня, явно стыдясь того, что открылась мне с чем-то настолько личным и табуированным.
Однако, когда мы в следующий раз выпили вместе, я просто не могла не рассказать ей, что много мастурбировала, вспоминая то, что она мне рассказала, хотя и чувствовала себя очень виноватой. Александра улыбнулась и сказала, что надеялась, что я снова подниму эту тему, и мы с восторгом снова поговорили о её опыте.
Затем она преподнесла мне сюрприз. Александра предложила мне пожить у ее родителей на каникулах, когда вся остальная семья уедет в отпуск, в Испанию. Дом будет в нашем распоряжении, поэтому она сказала, что мы можем напиться и посмотреть, понравится ли нам, девчонкам, Мухтар, но это будет зависеть, от него.
— Если мы ему будем не интересны, мы можем просто напиться дорогим алкоголем моего отца, покурить и послушать музыку, — сказала Александра.
— Не знаю, Александра. Не думаю, что захочу, знаешь ли, с твоим Мухтаром, — поспешно ответила я. Эта мысль меня взволновала, но я попыталась подавить её, испытывая отвращение к себе за то, что вообще могла, об этом подумать.
— Честно говоря, тебе ничего не нужно делать. Она протянула руку и взяла меня, за руку обеими своими. «Просто приезжай, и мы хорошо проведем время на каникулах.
— Ну, хорошо тогда, — улыбнулась я.
— Я скажу тебе, что тебе нужно взять с собой. На всякий случай, если тебе вдруг захочется немного пошалить с Мухтаром, — улыбнулась она, вызвав у меня легкое покалывание между ног.
Я не особо надеялась, что доведу дело до конца, и старалась подавить волнение, которое нарастало с каждым днем. По мере приближения конца семестра. Однако, как бы я ни старалась, я ни о чем другом не
Дефлоратор