кончает, не в силах остановиться, не в силах даже дышать, просто лежит, выгнувшись, и чувствует, как из неё вытекает жизнь.
Когда последние капли падают на живот, она обмякает.
Руки разжимаются, падают вдоль тела. Глаза закрыты. Дыхание — частое, поверхностное, со всхлипами. Тело бьёт мелкая дрожь — мышцы не могут расслабиться после такого напряжения.
Она лежит в луже собственной спермы, пота, смазки. Простыня под ней промокла насквозь, матрас впитал в себя всё, что мог. В комнате пахнет так, будто здесь только что прошёл ураган.
Член всё ещё твёрдый, но уже не такой, как минуту назад. Он уменьшается, смягчается, из него всё ещё сочатся остатки спермы, смешанные со смазкой. Яйца уменьшились, сморщились, висят пустыми мешочками.
Она не двигается. Просто лежит, чувствуя, как сперма засыхает на коже, стягивает её тонкой плёнкой. Как саднит член — от перенапряжения, от слишком жёсткой хватки, от бешеного ритма. Как ноет низ живота, как подрагивают мышцы.
Боль никуда не делась. Она осталась, трансформировалась, превратилась в тупую, ноющую пульсацию, которая будет напоминать о себе ещё долго.
Но сейчас это уже не страдание.
Сейчас это покой.
Она закрывает глаза и проваливается в темноту, в которой нет ничего, кроме ровного, спокойного дыхания и затихающего пульса в распухшем, обессиленном члене.
Вероника Мозер - Королева копрофилии