Husband50: «О, ясно. Очередной шизофреник с магией. Слушай, дядя, я реалист. Я хочу разнообразия, а не секту. Мне не нужны твои ритуалы и храмы. Я сам разберусь».
Architect: «Ты думаешь, что у тебя есть выбор? Ты думаешь, что контролируешь её? Ты слеп. Попробуй свои методы. Попробуй свой свинг. И когда она рассмеется тебе в лицо или предаст тебя... тогда ты вспомнишь обо мне».
Муж почувствовал раздражение и необъяснимый страх.
Husband50: «Пошел к черту. НЕТ. Не пиши мне больше».
[ЗАБЛОКИРОВАТЬ ПОЛЬЗОВАТЕЛЯ]
[УДАЛИТЬ ДИАЛОГ]
Пентхаус «Обелиск».
Надпись «Связь прервана» исчезла, когда Архитектор коснулся сенсорной панели.
Стена мониторов мгновенно погасла. Зал погрузился в абсолютную темноту. Лишь город за панорамным стеклом сиял, как россыпь тлеющих углей.
— Он отказался, — произнес Жрец в пустоту. Голос его был ровным, лишенным эмоций. — Он воспользовался своим правом.
В «слепом» углу комнаты воздух сгустился. По черному глянцу выключенного монитора прошла рябь, словно само пространство кивнуло в ответ. Дух знал Закон.
Архитектор склонил голову, подтверждая безмолвную мысль Собеседника.
— Да. Мы не можем нарушить правила. Таков Закон. Его воля неприкосновенна. Если мы приведем его силой, жертва не будет принята.
Жрец сделал паузу, и в темноте его голос прозвучал твердо:
— Но он сам попросит нас.
— Добровольно. Осознанно. Как и положено.
Жрец подошел к панорамному окну, глядя на город.
— Мы знаем его суть. Он отрицает это, но он — твой верный слуга. Он служил Похоти всю свою жизнь. Этот голод в нем не от нас, он взрастил его сам. Он принадлежит нам по праву родства.
Архитектор коснулся холодного стекла пальцем, словно переставляя невидимую фигуру.
— Я лишь немного изменю декорации. Я покажу ему правду, которую он боится видеть. Но решение... решение всегда будет за ним. На любом этапе он может остановиться.
Жрец усмехнулся в темноту.
— Но мы видели будущее. У него есть выбор. И именно этот выбор приведет его обратно к нам.
Тишина в комнате стала абсолютной.
— Жди. Скоро он постучит.
Глава 1 Эффект Наблюдателя
Месяц до Нового Года.
Тревога приходила не сразу. Она накапливалась, как статический заряд.
Последнюю неделю телефон Алексея буквально бомбардировало новостями. Умная лента, словно сговорившись с реальностью, подсовывала ему заголовки один страшнее другого:
«Серия дерзких ограблений в Арт-квартале».
«Пожар на складах: поджог или халатность?»
«Полиция ищет свидетелей нападения на парковке у лофтов».
Именно там, в модном и престижном Арт-квартале, находилась студия Елены.
Алексей посмотрел на часы. 21:40. Её все еще не было.
Он стоял у окна пентхауса, глядя на заснеженный город. Он не был тираном. Он никогда не проверял её телефон, не требовал отчетов и не следил за геолокацией. Он доверял ей безоговорочно, считая их брак крепостью, построенной на уважении.
Но сейчас это уважение смешивалось с липким, иррациональным страхом за её безопасность.
В замке входной двери зашумел ключ.
Алексей вышел в прихожую. Елена входила, стряхивая снег с дорогой шубы. Она выглядела безупречно: укладка волосок к волоску, свежий румянец, сияющие глаза. Слишком сияющие для человека, который, по её словам, «весь день стоял у мольберта и дышал растворителем».
— Привет, — он шагнул к ней, чтобы поцеловать.
Она подставила щеку — холодную, гладкую.
— Ты поздно, — мягко сказал он, помогая ей снять шубу. — Я читал новости, в твоем районе какая-то чертовщина происходит. Грабежи, нападения... Может, наймем водителя? Или будешь возвращаться пораньше?
Елена вздохнула, проходя в гостиную. В этом вздохе была усталость взрослого, которому ребенок рассказывает глупые страшилки.
— Леша, пожалуйста. Не нагнетай. Это элитный комплекс, там охрана на въезде, шлагбаум.
— Охрана сидит в будке за километр, — возразил он. — А ты там одна.
— Я не одна, там полно художников, дизайнеров. Это творческая среда, а не гетто,