На широком кожаном диване, который он покупал для «отдыха важных клиентов», происходило движение.
Там были двое.
Женщина стояла на коленях, спиной к камере. Но он узнал её мгновенно. Не по одежде — одежды на ней почти не было.
Он узнал её по родинке на левой лопатке. По изгибу спины, который он гладил сотни раз. По волосам, рассыпанным по плечам.
Это была Елена.
Но не та Елена, что жила с ним.
На ней были черные чулки с ажурным верхом и пояс — то самое белье, которое она называла «пошлым» и отказывалась надевать для него, утверждая, что это для девиц легкого поведения.
Сзади к ней пристроился мужчина. Молодой, подтянутый, с длинными волосами, собранными в небрежный пучок. Его руки грубо сжимали её талию.
Алексей почувствовал, как кровь отлила от лица. Рука сама потянулась к кнопке звука. Он должен был убедиться. Может, это ошибка? Может, это постановка?
Щелчок. Динамики ожили.
Звук ударил его наотмашь — влажные, чавкающие шлепки плоти и тяжелое дыхание.
—. ..Да, вот так, сучка... — голос мужчины был низким, властным. — Тебе же нравится, когда тебя трахают как последнюю шлюху, когда муженек думает, что ты здесь рисуешь?
И Елена... его святая, недоступная Елена... не оттолкнула его.
Она застонала. Громко, грязно, с тем животным придыханием, которого Алексей не слышал от неё никогда.
— Да!
Игорь не прекращал мощных, глубоких толчков, и Алексей в 4К видел, как его тело буквально впечатывается в неё. Игорь внезапно перехватил её за волосы, наматывая их на кулак и оттягивая её голову назад так сильно, что на её шее отчетливо вздулись вены.
— Глубже! Игорь, еще! — кричала она, выгибаясь. — Оттрахай меня как следует!
Алексей сидел, вцепившись в подлокотники кресла так, что побелели костяшки. Мир вокруг рушился беззвучно и необратимо.
Любовник (Игорь) остановился на секунду, не вынимая члена из ее пизды, передыхая, и звонко шлепнул её по ягодице.
— А твой папик не нагрянет?
Елена рассмеялась. И этот смех был страшнее всего, что Алексей видел в жизни. Это был смех сообщницы, смех женщины, которая презирает того, кого обманывает.
— Алекс? — фыркнула она, поворачиваясь к любовнику вполоборота. — Нет. Он сидит в офисе и зарабатывает на мои краски. Он предсказуем, как трамвай. Он скучный, плюшевый. Удобный, мягкий, платит по счетам. Но в постели он...
Она поправила волосы, и Алексей увидел её лицо. Оно было раскрасневшимся, пьяным от похоти.
— Знаешь, что он мне вчера предложил? Свинг.
— Серьезно? — хохотнул парень.
— Ага. Сделал такое серьезное лицо... — она скорчила уморительную гримасу, пародируя мужа. — «Леночка, нам нужно вернуть страсть, давай попробуем...» Убожество.
— Ну, может, мужик просто хочет посмотреть, как тебя нормально трахают?
— Обойдется, — жестко отрезала она. — Ему это не по зубам. Он видит только то, что я позволяю ему видеть, — ответила Елена, и в её голосе Алексей не узнал свою жену. Это была чужая, порочная женщина, чей взгляд был затуманен животной жаждой. — Хватит болтать. Я хочу тебя. Трахай меня так, чтобы я всё забыла.
Она прижала свою задницу к любовнику похотливо повилялы ей.
— Ну давай теперь в другую дырку, — бросил он коротко и властно.
Алексей в 4К увидел, как он резко вытащил член из неё, оставив на коже влажный, поблескивающий след, и тут же, без лишних движений, вогнал его в анус. Елена вскрикнула — в этом звуке боль смешалась с диким восторгом. Алексей видел, как напряглась её шея, как на ней отчетливо вздулись вены, а лицо исказилось в гримасе, которую он никогда не видел в их семейной спальне.
Я его первая