с упоением, с жадностью, словно делала это всю жизнь. Её руки гладили его бёдра, ягодицы, она то ускорялась, то замедлялась, дразня, играя с ним. Влажные, чавкающие звуки разносились по комнате, смешиваясь с тихой музыкой.
И тут до Игоря наконец дошло. Всё происходящее — не просто забава, не просто новогодняя игра, не просто развратная шутка. Это была реальность. Та самая реальность, о которой Володя рассказывал ему в последние месяцы, которые он считал его фантазиями. Оказывается, всё было правдой. И даже больше.
Мысль эта будоражила сознание. Но вместе с ней пришла и другая — горькая, обидная. Ира, его чистая, неземная Ира, которую он боготворил с седьмого класса, оказалась не просто не девственницей. Она оказалась развратницей, которая только что приняла его сперму на свой живот и, судя по всему, собиралась трахаться с ним по-настоящему. Которая позволяла брату и подруге заниматься сексом прямо при ней. Которая, кажется, была главной зачинщицей всего этого безумия.
Обида кольнула где-то под сердцем. Но странное дело — она не оттолкнула его, а наоборот, смешалась с возбуждением, с желанием, с дикой, животной страстью. Ира была развратной — да. Но она была здесь, в его руках, голая, покрытая его спермой, и она смотрела на него с таким обещанием, от которого у него снова начал твердеть член.
Игорь прижал её к себе крепче, чувствуя, как его член, только что кончивший, снова наливается кровью, упираясь ей в бедро. Ира, почувствовав это, удовлетворённо улыбнулась.
— Пойдем, — шепнула она, беря его за руку и потянув к дивану.
Она легла на спину, раскинув руки и широко раздвинув ноги. Её груди расползлись в стороны, открывая вид на влажную, уже блестящую от возбуждения щель между ног. Она смотрела на него снизу вверх, и в её глазах горел такой огонь, что Игорь готов был прыгнуть в него без оглядки.
— Иди ко мне, — позвала она.
Он лёг сверху, чувствуя под собой её горячее, мягкое тело. Ира обхватила его ногами за талию и, найдя рукой его член, сама, без помощи, ввела его в себя.
Игорь застонал. Это было невероятно. Её влагалище было горячим, влажным, тесным, оно обволакивало его член, сжималось вокруг него, пульсировало в такт сердцебиению. Он начал двигаться — сначала медленно, потом всё быстрее, входя в неё снова и снова, чувствуя, как с каждым толчком наслаждение нарастает.
Он хотел длить это вечность. Он хотел, чтобы этот миг не кончался никогда. Но тело было сильнее разума. Возбуждение, копившееся годами, вырвалось наружу. Не прошло и минуты, как он почувствовал знакомые спазмы и, содрогнувшись, кончил глубоко внутрь неё.
— Прости... — выдохнул он, падая на неё и пряча лицо в её шее: — Я снова так быстро...
Ира не ответила. Вместо ответа она крепче обняла его за плечи и, прижимая пятками его ягодицы к себе, продолжала двигаться под ним. Её бёдра ходили ходуном, она терлась о него, о его уже обмякающий член, ища собственного удовольствия. Игорь чувствовал, как её мышцы пульсируют вокруг него, сжимая и разжимаясь, и через полминуты она выгнулась, вскрикнула и забилась в оргазме.
Она кончала долго, содрогаясь всем телом, прижимаясь к нему и тихо постанывая. Игорь смотрел на неё и чувствовал, как внутри всё переворачивается от нежности и благодарности. За это наслаждение, которое она ему подарила, он готов был простить ей всё — и её развратность, и её опытность, и то, что он у неё далеко не первый.
Громкие стоны отвлекли его от этих мыслей. Он повернул голову и увидел Володю и Юлю. Они лежали на ковре, и Игорю были видны
Попала. Записки проститутки-3.