И тут я вдохнул. Запах. Тот самый, до боли знакомый запах. Блинчики моей жены. Тонкие, кружевные, которые мы с Егоркой уплетали за обе щеки по воскресеньям. Вкус детства, вкус счастливой семьи. Аромат ванили и топленого масла заполнил всю квартиру.
— Ну, на блинчики... на блинчики я, пожалуй, соглашусь, — сдался я, присаживаясь за стол. — А вам не на работу? Я вас не стесню?
— Не, — махнул рукой Сергей, наливая себе чай. — Алиса у меня домохозяйка. А у меня несколько бригад по ремонту. Я сейчас больше как снабженец, прораб. После обеда съезжу, проверю, заявки на завтра соберу.
— Ого. Свой бизнес, значит, — в голосе моем проскочила нотка уважения, смешанная с горечью. Я, с моими сменными графиками, до такого не дорос.
— Да, крутимся потихоньку, — довольно кивнул он. — Тяжеловато бывает, но справляемся.
Алиса стояла у плиты спиной ко мне. Она была в легком халатике, чуть запачканном мукой. На той самой спине, на которую полчаса назад кончил этот волосатый ублюдок. Он испачкал её, и, судя по всему, делал это часто. В голове снова всплыла картинка, белая струя, летящая на её кожу, пульсирующая дырочка между ног.
Член в джинсах тут же отреагировал, упершись в ширинку. Стало неудобно, жарко.
— Я... я в туалет, — пробормотал я, резко вставая и выходя из-за стола, прикрывая пах рукой.
В туалете я заперся на щеколду и прислонился лбом к двери. Нервы сдавали. Я расстегнул джинсы, достал член и начал быстро, почти яростно мастурбировать. Движения были грубыми, я хотел только разрядки, хотел сбросить это напряжение.
Мой взгляд упал на корзину с бельем в углу. Я протянул руку и приоткрыл крышку. Сверху, аккуратно примятые, лежали её трусики. Те самые, что я видел утром на полу в их спальне. Маленькие, кружевные, бежевые.
Я протянул руку и коснулся их. Ткань была влажной и... липкой. Я поднес их к свету. На трусиках было мутноватое, густое пятно. Сперма. Она вытерлась ими после того, как он кончил ей на спину?
В голове щелкнуло. Затмение нашло. Я поднес её белье к лицу и глубоко вдохнул. Её запах. Тот самый, родной, неуловимый запах Алисы, который я помнил все эти два года, смешался с резким, солоноватым запахом мужской спермы. Это было невероятно, дико, отвратительно. Но я втягивал этот запах снова и снова, чувствуя, как кружится голова.
Липкое пятно касалось моих губ. Я целовал ткань, в которой несколько часов назад была самая сокровенная часть моей бывшей жены, только что принадлежавшая другому.
Оргазм накрыл меня внезапно, как цунами. Я кончил в унитаз, сотрясаясь в конвульсиях, прижимая её трусики к лицу. Такого оргазма у меня не было никогда. Он был каким-то другим, болезненным, острым, сумасшедшим.
Я пришел в себя, вытер всё бумагой, тщательно сполоснул руки, поправил одежду. Её трусики я аккуратно положил обратно в корзину, как лежали. Выдохнул и вышел на кухню.
Блинчики уже лежали горкой на тарелке. Алиса и Сергей сидели в обнимку. Она что-то шептала ему на ухо, он улыбался и гладил её по бедру под столом. Я молча сел и взял блинчик.
Запах. Запах её трусиков, запах блинов, запах спермы и ванили, всё смешалось в один причудливый, пьянящий коктейль. Я жевал блин и смотрел на неё. Она была не моя. Она имела полное право делать всё, что хочет. Но я не чувствовал её чужой. Странно, да? После всего, что я видел, после того, что я только что сделал в туалете с её бельем, я не чувствовал её чужой. Я любил её. Сильнее, чем раньше.
Соскд Кирилл