Я покраснела. У меня тоже были смешанные чувства. Странно слышать от мамы похвалу моей женственности. И в то же время… это было приятно.
Той ночью я не смогла удержаться и снова «знакомилась» с собой. И ещё раз. И ещё. Самое удивительное в женской сексуальности — это то, что между оргазмами не нужно долго «отдыхать». Я вела себя как ребёнок на Рождество, который получил новую игрушку.
Боже, как это было здорово! Достаточно опустить руку между гладких ног, и вот оно — готово подарить очередной невероятный оргазм за оргазмом.
По крайней мере, я додумалась заранее снять трусики и подстелить полотенце, иначе «Моя игрушка» заливала бы всё вокруг. Ещё я обнаружила, что разные позы дают ещё больше удовольствия. Моя любимая — лежать на спине, одной рукой обхватить колени сзади и притянуть их к набухшей груди, а второй рукой обогнуть попу, раздвинуть губы и любоваться сокровищами внутри.
И вскоре я начала использовать те же приёмы, что и в мальчишеской жизни. Фантазии. Только теперь полы поменялись местами. Никаких больше картин, где я в постели с Сью или с какой-нибудь пышногрудой моделью из «Плейбоя». Нет, теперь это вереница мужчин. Сначала фантазии были о том, чтобы заполнить пустоту, которая так отчаянно звала меня из глубины девичьего тела. Я представляла разные эфемерные члены, которые входили в меня снова и снова.
Но вскоре фантазии стали сложнее — я видела себя окружённой толпой любовников, ласкающих каждый сантиметр моего тела. Я гладила соски и представляла, что это мужская рука. Обводила круги вокруг клитора и воображала, что это его язык. Вводила палец во влажное влагалище и мечтала, что это его член заполняет меня полностью, о! Полностью.
Сначала безликие, мои любовники постепенно обретали черты. А в четверг ночью, после третьего оргазма, задыхаясь, я поняла, что только что мечтала о том, как Хэл занимается со мной любовью — тот самый член, который я столько раз видела в душевой раздевалки, теперь полностью эрегированный, лишает меня девственности, пока наши тела сливаются — мальчик и девочка, мужчина и женщина.
И я была женщиной. И мне это нравилось. Нет — я люблю это!
Пока я двигалась от мужской сексуальности к женской, случались и сбои. Один раз я поймала себя на том, что глажу клитор так же, как раньше член. Он старался, о да, старался. Напрягался, твердел под пальцами. Но даже при максимальной стимуляции он вырастал максимум на сантиметр. Как и всё остальное во мне, мой когда-то гордый член полностью перешёл в женское состояние — крошечный, нежный, маленький клитор. Погружённый в бесконечное море женственности, «он» мог только мечтать о том, кем был раньше, но никогда уже не будет. Его мужественность отняли, его эрекция теперь такая крохотная, что легко умещается даже в самых облегающих женских трусиках.
Так что иногда я немного скатывалась назад, тоскуя по тому, кем была. Но лишь немного. Огромное физическое удовольствие от того, что я девочка, плюс богатая фантазийная жизнь, которую я выстраивала, очень быстро меняли моё отношение. После нескольких ночей мастурбации в роли молодой женщины я начала задумываться, не приближаюсь ли я к тем двадцати процентам девушек после GB, которые предпочитают своё новое прекрасное тело тому, что у них было раньше.
Доктор Уилсон оказалась права — спонтанные оргазмы исчезли. Похоже, если я удовлетворяю свои желания по ночам, влагалище ведёт себя прилично днём. И это к лучшему, потому что было ясно: мы с Хэлом нравимся друг другу всё сильнее. Наши разговоры были неловкими, застенчивыми, но под ними чувствовалось сильное напряжение между двумя людьми, которых тянет друг к
Приключения 4