— Как только я услышал, что ты станешь девочкой — я… я начал мечтать, каково это. Всё время фантазировал, что ГБ случится со мной. Я… я сходил с ума от этих мыслей. А потом ты пришла в школу женщиной — и… и ты была такой красивой, такой женственной и казалась такой счастливой! Я становился всё более и более завистливым. И не мог понять почему! Я никогда раньше не хотел быть девочкой, но когда это случилось с тобой, я не мог думать ни о чём другом. А мальчикам не положено хотеть быть девочками, поэтому я всё больше боялся, что другие узнают, что я на самом деле чувствую и злился всё сильнее. Наверное, я… винил тебя в том, что ты заставила меня так себя чувствовать.
— Скорее всего, Маркс, ты чувствовал это всю жизнь, просто никогда не признавал.
— Прости меня, Стефани. Я… я просто потерял контроль.
— Извинения уже поздно, Маркс. Но если ты правда хочешь всё исправить — послушай меня сейчас. Я изучила вопрос. Я знаю, что трансгендерные люди мирные и ненасильственные. В тебе есть тьма, которая не имеет отношения к твоему полу. Ты давно причиняешь боль людям. Даже если завтра ты проснёшься в идеальном девичьем теле, ты всё равно будешь опасен для себя и окружающих. У тебя серьёзные проблемы, которые нужно срочно решать… очень срочно. Обратись за помощью, Маркс. Если хочешь загладить то, что натворил, обратись за чёртовой помощью.
Потом я развернулась и ушла. Я всё ещё не могла выносить его присутствия — образ того, как меня связали и полуобнажённую выставили перед ним, всё ещё стоял перед глазами. Но теперь я могла уравновесить это силой, которую доказала нам обоим. И кто знает — может, он получит терапию, в которой так отчаянно нуждается. Я не ставила на это ферму — но шанс был.
Меня все очень хвалили за то, как я уничтожила Энди Маркса. Всего за пару часов история разлетелась по всей школе — после чего никто уже не воспринимал его всерьёз. Даже те задроты и гиковатые ребята, которых он раньше терроризировал, теперь с удовольствием бросали вызов его извращённой власти.
Но в итоге это и не понадобилось. Маркс и его подельники с того дня практически исчезли. Они ходили на уроки, но в остальном избегали контактов со всеми остальными. И точно так же никто не хотел иметь с ними дела. В жизни пожинаешь то, что посеял. Скоро мы все выпустимся, и у них будет новый старт где-то в другом месте. Может, они усвоят урок и попробуют вести себя как люди. Может.
А пока всё вернулось в нормальное русло. Я продолжала интенсивные тренировки под руководством тренера Брэдфорда и ездила с командой на разные постсезонные титульные соревнования. Бекки дошла до секционного забега — дальше она никогда не забиралась. Я громко её подбадривала, а позже, на чемпионате штата, мы все орали от радости, когда Хэл занял третье место на двух милях. И впервые за много лет у Милфорда появился спортсмен, который дошёл до самого верха — Большой Марк Уильямс занял второе место в толкании ядра и выиграл чемпионат штата в метании диска. Мы все были в восторге за него.
Конечно, у каждой серебряной подкладки есть своё облачко. Мелоди Маккарти выиграла чемпионат в женской миле с результатом 4:50, почти повторив мои 4:49 в начале сезона. Я смотрела с немалой злостью, как она
При графине