Она сидела, глядя на него с морщинистым лбом... с недоуменным выражением лица. Что же могло потребовать подтверждения? Но с другой стороны, что плохого было бы в том, чтобы Ева была рядом, когда она раскроет свою ужасную тайну? Похоже, Ева будет посредником для них обоих. Наконец она кивнула.
— Думаю, это хорошая идея, Джесси. Хочешь сначала поговорить с ней и узнать, согласна ли она?
— Да. Может, завтра? Все будут свободны.
Она кивнула, ее лицо стало более расслабленным. - Да... завтра.
Воскресенье, 15 апреля 2012 года, 11:00
— Кирстен, Ева знает, о чем будет эта встреча... в деталях. Она знает, что мы говорили о... ну, ты знаешь... о любви. Она знает, что ты хочешь, чтобы мы оба были полностью честны по поводу себя... кто мы такие и какие секреты у нас могут быть. Ева никогда не раскрывала мне ничего из того, о чем вы с ней говорили. Я уверен, что она не рассказала тебе ничего о моем секрете.
— Нет... но я и не спрашивала, - ответила она. Она внимательно слушала Джесси, ее выражение лица было нейтральным.
— Это будет нелегко, - вставила Ева, - для вас обоих. Думаю, лучше, если Кирстен начнет первой. Ее история очень тяжелая, но я думаю, что ты лучше поймешь ее, когда услышишь.
Джесси посмотрел на Кирстен, облегченный тем, что ему не придется начинать первым. - Что бы ты мне ни рассказала, - тихо сказал он, - я хочу, чтобы ты знала, что это не изменит моих чувств к тебе.
— Интересно, останется ли это правдой, когда ты услышишь, что со мной произошло?
— Доверься мне, Кирстен. Ты до сих пор доверяла мне... так доверься и сейчас, - улыбнулся он.
Она кивнула и, запинаясь, начала рассказывать ему о своем изнасиловании и его последствиях. Она говорила ясным, тихим голосом, то глядя на Джесси, то отводя взгляд. Когда она закончила, она повернулась к нему и увидела слезы, катящиеся по его щекам. Она подошла к нему и обняла его. Разговоры были излишни. Она сразу поняла, что означали эти слезы. Она почувствовала тихое облегчение от того, что Джесси понял ее и, что еще более важно, что он плакал из-за ее боли и страданий.
Ева тоже сидела со слезами на глазах. Тихое достоинство, с которым Кирстен рассказала свою историю, было впечатляющим. Джесси, к его чести, ни разу не прервал ее и не проявил гнева или отвращения, когда молодая женщина пересказывала свою ужасную историю. Ева знала, что он был глубоко тронут словами Кирстен и ее простым изложением фактов. Слезы Джесси были искренним проявлением скорби по этой милой молодой леди.
— Я не знаю, что сказать, чтобы тебе стало легче, Кирстен, - сказал он, собравшись с мыслями. - Теперь я понимаю твои страхи и сомнения по поводу меня... и других мальчиков... даже мужчин. То, что с тобой произошло, не должно было случиться, но случилось. Ты очень храбрая, что готова оставить это в прошлом и впустить меня в свою жизнь. Я горжусь тем, что ты моя девушка, не потому, что ты красивая, а потому, что у тебя есть мужество и сильная воля к жизни. Спасибо, что поделилась этим со мной, - заключил он, вытирая глаза.
Кирстен кивнула, и в ее глазах тоже появились слезы. Ева внимательно наблюдала за ней и подозревала, что слезы были вызваны облегчением от того, что Джесси не отвернулся от нее, а поддержал и похвалил ее. В душе Ева покачала головой, удивляясь тому, насколько зрелым казался Джесси. Возможно,
Холодной, тёмной ночью в Аграбе