на спине Лику, устроившись чуть пониже ее груди и совершенно закрыв собой Женьку. – Давай-ка, среди твоих вершин покатаемся.
Выпрямившийся ствол мужа лег точно в ложбинку между двумя глядящими вверх холмиками, увенчанными темными шапочками сосков и, подчиняясь движениям Кости, скользнул взад-вперед. Лика в ответ сдвинула ладонями полушария своего бюста, заключая упругий стержень в податливые, приятные объятия своей груди. Она любила эту игру и даже иногда просила Костю в конце любовной игры финишировать именно таким образом. И балдела, когда напряженный, покрытый смазкой ствол трахал ее грудь, скользя среди упруго-податливых холмиков, а потом, вздрогнув, выстреливал, украшая оставшуюся между ними ложбинку дорожкой белеющей в темноте спермы. А затем муж чуть подавался вперед, донося все еще красивый член до губ Лики, и она целовала его, оставляя на губах вкус Костиных сливок, а потом брала в рот и сосала, даря свою ласку усталому бойцу, пока тот не сдавался окончательно.
Ой, а сейчас-то с ними еще Женька. Вдруг и он ее своей «конфеткой» угостить захочет?
- Костя, – Лика вновь, обхватив мужа за шею, потянулась к его уху, – Костя, а если Жека с минетом пристанет?
- Играй, как понравится. – Шепнули ей в ответ. – В постели нет запретов.
Ага, нет. Это когда вдвоем и со своим. А если третий нарисовался, то лучше все же разрешение получить. Но раз мне сегодня полная индульгенция, то спрашивать больше ни о чем не буду. И целоваться с вами буду, не разбирая с кем и после чего. Сами следите, чтобы друг у друга не отсосать.
Лика опять храбрилась, не будучи столь в себе уверенной. Как ни крути, она в первый раз. А мысленно решиться дать другому на глазах мужа и реально сделать это, согласитесь, разные вещи. Впрочем, особо терзаться сомнениями ей не пришлось. Лика почувствовала, как невидимый из-за Кости Женька приподнимает ее ноги, укладывая их себе на плечи. Короткий миг необъяснимого волнения, рожденный не то страхом, не то ожиданием, и пытаться что-то исправить стало уже поздно. Грехопадение Лики состоялось, отозвавшись в ней самым приятным образом.
Женькин поршень заполнил Лику и начал равномерное движение взад и вперед, волнуя нежные стеночки ее пещерки. А вторя ему, между полушарий груди скользил живой и не менее желанный ствол Кости. Последние тревоги Лики вместе с обрывками мыслей о порядочности улетели прочь. Ласка, чудесная одновременная ласка двух мужчин, вот все, что занимало теперь в недавнем примерную Костину супругу. Два синхронно работающих мужских ствола, один внутри, другой снаружи дарили ей неведомое прежде удовольствие. С головой погружали в море еще не удовлетворенного желания. Все то плотское, что Лика сегодня безуспешно пыталась сдержать в себе, теперь безудержно пробивалось наружу, заставляя забыть обо всем кроме сладости секса.
- А-а! Уй! Ай!
Лика тоненько вскрикивала в такт разбегающимся по ее телу волнам удовольствия. Еще не тем, что несут на вершину удовлетворения и позволяют даже днем видеть звезды. Но тем сладким предвестникам большого финиша, которые, налившись тяжестью внизу живота, разбегаются к взволнованно дышащей груди и вздрагивающим ножкам, перехватывают дыхание и тянут неосознанно подаваться навстречу мужскому члену. Неважно сейчас чьему, лишь бы еще. Сильнее и глубже.
- Ай-й! А-а-айй!!!
Этот возглас прозвучал куда сильнее и громче прежних, сообщив всем о том, что сад наслаждений Лики пролился волшебным дождем, украсив жемчужинками смазки стеночки ведущего к нему тоннеля и обильно полив проросший
Кис все будет хорошо)