имя какой бы то ни было цели, особенно если этих смертей можно было не допустить, своевременно приняв соответствующие меры.
— Это ты так считаешь? Или магистр? – открыто спросил Элсид.
— Магистр. Я не всегда согласен с его решениями, но конкретно в этом случае наши мнения полностью совпали.
После этой фразы желание и дальше общаться с Фрейсом у Элсида пропало. Очень хотелось узнать, как долго ему ещё предстоит сидеть взаперти, однако интуиция подсказывала храмовнику, что искреннего ответа на этот вопрос он всё равно не получит. Поняв, что разговор окончен, Фрейс ушёл.
Раз уж об освобождении пока можно было только мечтать, Элсид, оставшись наедине с собой и своими мыслями, попытался переключить своё внимание на что-то другое. Раньше он надеялся, что утраченные воспоминания со временем вернуться сами собой, однако этого не случилось. Не помогло и магическое вмешательство. Даже Холтерс, будучи довольно сильным и опытным магом, оказался бессилен. Хотя сейчас, после откровенного разговора с Фрейсом, Элсид начал сомневаться, что магистр так уж старался, пытаясь вернуть ему утраченные воспоминания. Когда ничего о себе не помнишь, и можешь лишь ориентироваться на рассказы других людей, управлять тобой намного проще. Мог ли Холтерс прийти к такому выводу? Элсид считал, что мог. Все дальнейшие действия магистра говорили именно об этом. В надежде вернуть воспоминания, Элсид хотел посетить место своей гибели, надеясь, что это хоть как-то поможет ему освежить память. Всё бы ничего, да только храмовник не знал, где оно находится. Известно было лишь, что где-то в Форнисе, но где конкретно, неизвестно. Другие инквизиторы делиться с ним этой информацией отказывались, говоря, что и сами ничего не знают, но звучало это как-то не слишком искренне. Элсид уже успел смириться с тем, что память о прошлом к нему так и не вернётся, но встреча с мёртвой девушкой, чьё имя он даже не соизволил спросить, вернула храмовнику надежду на положительный исход.
Какого-то универсального заклинания, способного вернуть утраченные воспоминания, не существовало. Залезть в голову к самому себе Элсид тоже не мог. Но теперь, больше зная об обстоятельствах своей гибели, можно было попробовать утраченную память слегка всколыхнуть. В этом ему могла помочь медитация. По крайней мере, храмовник на это очень надеялся. Хоть на кровати и было удобнее, медитировать инквизитор решил на полу. Печать лишила узника возможности телепортироваться, а заодно и использовать активные заклинания кроме самых простеньких, вроде призыва светящейся сферы. К счастью, на медитацию эти ограничения не распространялись. Входя в транс, Элсид как зацикленный прокручивал в голове слова Сарины о владыке демонов Малиусе, и о роковой попытке изгнать его в Бездну. Увы, никаких картинок, даже размытых, у Элсида перед глазами так и не появилось. Лишь кромешная темнота. Однако храмовник не сдался, и продолжил. Вдруг он почувствовал, как что-то острое будто прокусило его шею. Следом накатила слабость, будто от обильной кровопотери.
— Получилось! Мы это сделали! – услышал он женский голос.
Открыв глаза, резко вскочивший с пола Элсид машинально схватился за шею. Она была цела, но фантомная боль от укуса всё ещё ощущалась. Несмотря на это, храмовник улыбнулся. Ему наконец удалось вспомнить о последних мгновениях своей прошлой жизни. Не визуально, но по ощущениям. Да и голос Сарины он тоже узнал.
“Неужели это правда, и я действительно сумел изгнать Владыку демонов обратно в Бездну?” – думал Элсид, массируя шею.
Не определившись с ответом, храмовник вновь пожалел, что не расспросил обо всём Сарину поподробнее, пока была такая возможность. Так или иначе, процесс восстановления утраченной памяти наконец-то сдвинулся с мёртвой точки, и это не могло не радовать.
Личная рабыня (1 часть)