Дождь утих. Поток машин ускорился. Наше внутреннее напряжение спало, и мы снова были в пути. К тому времени, как мы доехали до стадиона и припарковались, мы с Келси успели более-менее привести себя в порядок. Слегка растрепанные, слегка раскрасневшиеся, загадочно улыбающиеся, но чистые. Если Джулия или Сара что-то и заметили, они не сказали об этом ни слова.
***
Небо оставалось серым, и хотя дождь утих, он так и не прекратился. Однако над стадионом «Брюэрс» крыша была закрыта, так что для бейсбола день выдался идеальный. Несмотря на пробки, у нас оставалась еще куча времени до начала, поэтому мы решили побродить по стадиону и посмотреть на достопримечательности.
Сара достала камеру на мини-штативе и принялась без устали щелкать затвором – снимала и то, как игроки разминаются на поле, и то, как мы валяем дурака. Она не заставляла нас позировать, просто давала возможность бродить по стадиону, рассматривать поле и фотографировала, пока мы не смотрели в камеру. Каждый раз, когда мы пытались скорчить рожицу специально для кадра, Сара тут же переставала снимать и отводила камеру в сторону.
В конце концов мы перестали обращать на нее внимание и вели себя так, будто ее и нет – похоже, этого она и добивалась. Сара сделала кучу снимков: вот мы перегнулись через перила, задумчиво глядя на поле; вот Келси обнимает плюшевого Берни Брюэра [Bernie Brewer — талисман команды «Милуоки Брюэрс»]; Джулия записывает состав игроков в свою карточку; а вот и я, потягивающий пиво из огромного пластикового стакана.
Кадры получались забавными, серьезными, а порой даже слегка сексуальными. Я не видел всего, что попало в объектив Сары, да и не особо стремился. Было ощущение, что она готовит для всех нас сюрприз, и если узнать детали сейчас, то в конце поездки эффект будет уже не тот.
Когда мы сделали полный круг по стадиону, Сара сложила штатив – это был знак, что фотосессия окончена.
— Можно глянуть? — спросила Джулия. Сара повернула камеру и осторожно передала ее. Джулия пролистала снимки на маленьком экране. — Ого, а они реально крутые.
Сара застенчиво улыбнулась, затем взяла камеру обратно и убрала ее в чехол, словно пряча драгоценность. Затем мы направились к нашим местам на третьем ярусе, откуда открывался вид на домашнюю базу. Проходя мимо фуд-корта, я почувствовал, как в животе заурчало. Вся эта «ручная работа» в машине разбудила мой аппетит.
— Я хочу сосиску, — сказал я. — Слышал, они здесь очень вкусные.
— Я бы тоже с удовольствием попробовала, — подхватила Сара. — Я уже пробовала их раньше и съела бы еще одну.
— Я недавно пробовала одну, и, м-м-м, не отказалась бы от еще одной, — добавила Келси.
Джулия недоуменно уставилась на нас:
— Что вы, черт возьми, несете?
— Сосиски, — невинно ответила Келси.
— Они вкусные, — подтвердила Сара.
— Да ну вас. Пойду займу наши места.
***
А если без шуток, то сосиски и правда оказались очень вкусными. После перекуса мы сели смотреть игру. Я никогда не был фанатом бейсбола под крышей – все эти звуки, отдающиеся эхом, кажутся какими-то ненатуральными. Словно постановка. Но это все равно лучше, чем вообще остаться без бейсбола, что и случилось бы, не будь здесь крыши. Глядя в окна за пределами поля, я видел, что погода испортилась еще больше. Обратный путь в Чикаго обещал быть «веселым».
Сама же игра была невероятно скучной. Куча затянутых иннингов без малейшего намека на экшен. К четвертому иннингу казалось, что мы смотрим уже как минимум шестой.
Я окинул взглядом свою компанию. Джулия уставилась вперед, положив
Джейми