почти напротив меня. Она была одета почти как я, только вместо «Тигров» на ней была футболка «Кубс». К тому же выяснилось, что для нее «готовиться ко сну» по-прежнему означает собрать волосы в хвост и надеть очки. Наконец, Мел сидела справа от меня. На ней было фиолетовое кружевное нечто на бретельках, которое опускалось ниже ягодиц, напоминая короткое платье – наряд, ближе всего подошедший к категории нижнего белья из всего, что было на девушках. Ее загорелые бедра казались еще темнее на фоне розовых ног Келси.
Мел раздала карты по часовой стрелке и передала трубку в другую сторону – разумеется, после того как сама сделала затяжку. Карты перемещались быстрее, чем трубка, но вскоре мы все уже были изрядно расслаблены. Сначала мы просто играли в обычный Uno, чтобы все вспомнили правила и вошли в нужный ритм перед «настоящей» игрой.
В детстве я, конечно, играл в Uno, но Мел превратила её в нечто куда более азартное. Каждая карта приносила определенное количество очков. Когда кто-то избавлялся от последней карты, остальные суммировали очки, оставшиеся у них на руках. Как в гольфе, проигрывал тот, у кого в итоге была самая большая сумма.
— И насколько это будет честно? — спросила Келси. — Мы, девчонки, против одного парня?
— Уверена, мы найдем способ сделать это интересным, — сказала Мел и выразительно подмигнула мне.
— Как называется группа, если в ней одни девушки? — спросила Сара. — Я знаю, что когда одни парни – это «сосисочная вечеринка», а как насчет нас?
— Я слышала выражение «устричная вечеринка», — сказала Джулия.
— Я предпочитаю «магазин пончиков», — вставил я.
— О, это гораздо милее, — согласилась Келси.
После нескольких разминочных партий, пока Мел набивала вторую трубку, она объявила, что пора играть «по-настоящему», и раздала карты. Мел явно была в своей стихии – видимо, такие посиделки для нее были обычным делом. На первом курсе я увлекался «Magic: The Gathering», а до этого – «Pokemon», но никогда не видел, чтобы студенты собирались ради Uno с высокими ставками. А что может быть выше ставок, чем честное признание?
Мел играла агрессивно, но с вопросами была осторожна. Я проиграл первую партию, и она спросила, ношу ли я боксеры или брифы. Я быстро бросил: «Боксеры», и заметил, что опередил всех троих моих попутчиц лишь на секунду, когда они чуть ли не хором ответили за меня.
Мел выиграла и следующий раунд, но теперь отвечать пришлось Джулии.
— Какой у тебя размер лифчика? — спросила Мел. Джулия наградила ее гневным взглядом. Единственным человеком в этой комнате, знавшим Джулию лучше меня, была Мел, так что она точно знала, о чем спрашивать.
— «А», — наконец буркнула Джулия, добавив в конце презрительный звук.
— Лично я бы поставил им «А+», — ляпнул я. В комнате внезапно воцарилась тишина. Все повернулись ко мне. — Я что, сказал это вслух?
Все рассмеялись, и я почувствовал, как напряжение спало. На самом деле, атмосфера стала довольно теплой. Я думал, что такая игра заставит всех еще больше замкнуться, вспоминая старые обиды. Вместо этого мы почти что снова почувствовали себя друзьями.
— Прости, Джулс, — сказал я.
— А по-моему, это было мило, — сказала Мел. Она получила в ответ еще одну насмешку от своей подруги, но карты уже были сданы заново.
Мел выиграла (снова), и на этот раз настала очередь Сары.
— Сара, со сколькими мужчинами ты была? — спросила Мел.
— Ты имеешь в виду... половой акт?
— Да что у тебя за пунктик на «половом акте»? — спросил я.
Рассказ первого зятя