С тех пор как Лера лежала на траве у озера, прошло всего несколько дней, но время тянулось медленно, как вязкий туман, полный смутных воспоминаний и тяжёлых ощущений. Её стройная фигура, с длинными ногами и изящной талией, теперь казалась ей уязвимой — дома, в облегающем спортивном топе и чёрных леггинсах, она чувствовала себя почти защищённой, но зеркало отражало тревогу в её тёмных глазах, лёгкую бледность на лице и едва заметные тени под глазами, которые не исчезали с тех пор. Её волосы, мягкие и длинные, спадали на плечи, но она часто убирала их за уши, будто пытаясь спрятаться от своих мыслей, от тех моментов, которые не давали ей покоя и заставляли просыпаться в холодном поту.
Она старалась жить как раньше: смеялась с подругами, писала конспекты, но воспоминания о клубе и дне у озера цеплялись за неё, как тени, не отпуская даже на секунду. Иногда, сидя за партой, она ловила себя на том, как её пальцы невольно сжимаются, вспоминая грубые, требовательные прикосновения, запах травы и тот жар, который поднимался изнутри, несмотря на её желание забыть. «Почему я вообще это допустила? — размышляла она, глядя в окно на яркое весеннее небо. — Я не хотела… или хотела? Это было кошмаром, но почему оно всё ещё со мной, как живой след?» Эти вопросы жгли её, оставляя внутри лёгкий раскол — между желанием стереть всё из памяти и странным, неясным влечением, которое она не могла объяснить, но которое тлело где-то глубоко, заставляя её чувствовать себя чужой.
В пятницу после урока физкультуры она осталась в спортзале, чтобы собрать разбросанные мячи, как попросил физрук, Сергей Иванович. Её чёрные леггинсы плотно обхватывали ноги, подчёркивая их гибкость и лёгкую мускулатуру, а топ, слегка прилипший к спине от пота, обрисовывал её грудь и тонкую талию, придавая ей невольную привлекательность, от которой она сейчас морщилась, чувствуя себя уязвимой. Усталость после бега по стадиону раскраснела её щёки, а дыхание всё ещё было чуть сбитым, когда она наклонялась, подбирая мячи, чувствуя, как пот стекает по лбу, капая на пол.
Сергей Иванович, высокий, с широкими плечами и тёмными, слегка поседевшими волосами, наблюдал за ней из угла зала. Его взгляд, тяжёлый и цепкий, заставлял её нервничать, но в нём было что-то знакомое — то же напряжение, что она ощущала с Асланом, Рустамом и Магомедом, та же тяжёлая смесь страха и тепла. Одноклассник, Дима, тоже задержался — высокий, с атлетичным телом, он часто подшучивал над ней, но сегодня его взгляд был другим, с лёгкой ухмылкой и чем-то жгучим, от чего у Леры сжался желудок, а пальцы задрожали, сжимая мяч.
— Лера, подойди, помоги с сеткой, — крикнул он из дальнего конца зала, и она, вздохнув, направилась к нему, чувствуя, как ткань леггинсов слегка натягивается на бёдрах при каждом шаге, обрисовывая её движения. Она заметила, как Дима следил за ней, задерживая взгляд на её ногах и талии, и её сердце забилось быстрее — смесь страха и смутного предчувствия, которое она не могла объяснить.
Подойдя к физруку, она увидела, как он держит баскетбольную сетку, стоя у шкафа с инвентарём. Его рубашка была расстёгнута на верхние пуговицы, открывая загорелую кожу и намёк на мускулы, которые перекатывались под тканью. Он протянул ей край сетки, и их пальцы соприкоснулись на миг — достаточно долго, чтобы она ощутила лёгкий холодок, пробежавший по спине, заставляя кожу покрываться мурашками.
— Бери аккуратно, — сказал он, и в его голосе прозвучала твёрдость, от которой она напряглась, её пальцы задрожали, сжимая сетку. Её
НЕВЕРОЯТНАЯ НЕОЖИДАННОСТЬ