Спешу. Шатаясь, подхожу... Не переставая драть Аньку в пизду, он ухватывает меня за щею и затылок, и отправляет достаточно грубовато и довольно торопливо вниз - я прижимаюсь щекой к Олиной крепкой щечке - ее крупные красивые губы сложились в пошловатую полуулыбку, она не моргая смотрит вниз, на маленькую дырочку Ани, пользуемую нашим директором. Устремляю и свой взгляд туда же, и вижу красивый мокрый член, который скользит вперед-назад в красиво остриженной Анькиной пизде, мокрющей и розовой от использования... Он ускоряется.
Теперь все ясно! Вот такого со мной еще не делали никогда! Ни-ког-да!!! Принимать в ротик или глотать - да, сколько раз было! На то я и родилась женщиной! Но чтобы разделить этот процесс с кем-то... Что за грандиозная система у этих японцев! В жизни бы не смогла себя заставить, как-то организовать, или даже попросить о таком... Директор разогнался очень сильно, и вот - он таки вынул свой агрегат, красный от усилий и мокрый от молодости и трения, и он, горячий и мокрый, подпрыгивает вверх на наши с Олей лица... Я первой ухватила залупу. Оля наконец перевела пресыщенный взгляд на меня - с невероятной шальной улыбочкой она смотрела, как я держу во рту залупу директора. Я сосала, как мне думается, неплохо, но Женечка вынул и переложил свой член на Олин большой, завидный рот - та мгновенно приняла и сосала очень активно. Ее крупные губы очень эротично охватывают ствол... В уголках красивых серых глаз играл веселый огонек...
Я почувствовала, как его рука, не выпускавшая мой загривок, еще сильнее прижала меня к подруге - и его головка выползла из Олиного ротика и легла между нашими с ней губами - злостно раздувшаяся и теплая, она тут же выстрелила тугой мутной струйкой, орошая наши языки, губки, подбородки - мы хватали залупу, но он не позволял ее всосать, разбрызгивая по нашим лицам свое семя. В конце концов мы с Ольгой стали просто целоваться взасос, принимая выплеснутую на нас волшебно пахнущую склизлую жидкость... Женечка отстрелялся, и теперь со сдувающимся членом мягко любовался нами, направляя наши грешные головы руками. Мы еще немножко пососались, слизав сколько можно друг с дружки сперму - это оказалось не так и постыдно, как я думала, и совсем не неприятно, как могло бы показаться. Остатки семени, пролившиеся на Анину письку я... неожиданно для самой себя - слизала, замирая от собственной смелости и развращенности! Впервые касаюсь языком чужой вульвы. И не чувствую ничего, кроме желания и готовности сосать и лизать... Взрослая женщина, боже мой!... До чего ты дошла, Виктория!
— Виктория! - вторит в униссон моему внутреннему голосу натянутый сдавленный голос Анатолия Николаевича, - можно Вас!!!
Вы невероятно вежливы, Анатолий Наколаевич! Вам невозможно отказать! Да ну конечно! Я уже тут! Пошатываясь от еще непрошедшего оргазма (у женщины взрослой - это не вспышка, нет, это - процесс!), и пронзительного запаха свежей спермы у меня под носом, передвигаю себя на полтора метра и уже сама падаю на колени и сама прижимаюсь щекой к мягкой пухленькой щечке Анечки. Я - хорошо обучаемая, да! Лучший сотрудник!
Задыхавшаяся от серий оргазмов, моря любви, Аня в усталом восхищенном любопытстве безотрывно, близоруко расширив глазищи, смотрела на живое совокупление прямо над своим лицом. Боюсь смотреть ей в глаза, все еще стыдно, сама не понимаю, да и посмотреть, прямо скажем, тут и без того есть куда! Здоровенный, толстенный, с очень обильной крайней плотью член Анатолия, растягивая до жутковатых пределов
Весенний дождик