Жара не отступила и на следующее утро. Солнце уже пробивалось сквозь тонкие шторы номера, заливая комнату золотистым светом, а воздух в крошечной спальне был тяжёлым и сладким от запаха их ночной страсти - пота, кожи и запаха секса. И сегодня Иван проснулся не от будильника и не от жары. Он проснулся от влажного тепла, которое словно обволакивало его член.
Ольга была уже между его ног. Она лежала на животе, полностью голая, с растрёпанными волосами, которые разметались по его бёдрам. Её пышная грудь прижималась к его ногам, соски тёрлись о кожу при каждом движении головы. Полные губы обхватили головку члена плотно, но нежно - она словно была неумелой, но очень старательной ученицей. Язык медленно обводил венозный ствол, спускаясь ниже, к основанию, а потом поднимался обратно, оставляя за собой влажный след.
— Ммм... доброе утро, Вань... - прошептала она, увидев, что он открыл глаза, отрываясь всего на секунду от его члена. Голос был хриплым, сонным и стыдливым одновременно. Глаза блестели, когда она посмотрела на него снизу вверх. - Я... не смогла ждать. Проснулась и... захотела тебя. Так сильно.
Иван застонал тихо, рука сама легла ей на голову, пальцы запутались в волосах. Член дёрнулся в её рту, уже полностью твёрдый.
— Оля... боже... ты... - выдохнул он, не в силах закончить.
Она улыбнулась уголком губ - робко, но с новой, пробудившейся дерзостью - и снова взяла его глубже. Губы скользнули по всей длине, почти до самого основания. Она слегка давилась, но не останавливалась, глаза её слезились, а щёки горели. Слюни стекали по подбородку, капали на его яйца. Ольга работала медленно, но жадно: то засасывала головку, то проводила языком по уздечке, то просто держала во рту, слегка посасывая, как леденец. Её рука ласкала основание, пальчики нежно сжимали и поглаживали тяжелые мужские яйца.
— Тебе нравится? - прошептала она, отрываясь и проводя языком по всей длине снизу вверх. - Скажи... я хочу слышать. Я... никогда так не делала. Даже Саше... только пару раз и то... не так.
— Да... очень нравится... - хрипло ответил Иван, глядя, как её губы снова обхватывают его. - Ты... такая горячая... такая мягкая... Соси сильнее, Оля... пожалуйста...
Она застонала от его слов и сделала, как он просил. Голова начала двигаться быстрее, ритмичнее. Чавкающие звуки заполнили комнату. Ольга полностью отдалась процессу: одна рука ласкала его яйца, другая - сжимала свою собственную грудь, щипая сосок. Она смотрела ему в глаза, не отрываясь, и в этом взгляде было всё - стыд, возбуждение, новая, тёмная жажда.
— Кончай мне в рот... - выдохнула она между движениями, голос дрожал. - Я хочу... почувствовать тебя...пожалуйста, Вань...
И мужчина не выдержал. Её слова, её губы, её глаза — всё это накрыло волной. Он схватил её за волосы чуть сильнее, бёдра дёрнулись вверх. Горячие, густые струи спермы вырвались прямо в её рот. Ольга не отстранилась - она лишь застонала громче, глотая всё, что он давал, не проливая ни капли. Её щёки ввалились, она сосала до последней капли, а потом медленно выпустила член изо рта, облизнув головку языком.
— Ммм... вкусно... - прошептала она, краснея до ушей, и вытерла губы тыльной стороной ладони. - Я... я не знаю, что на меня нашло. Просто... захотелось сделать тебе приятно. После вчерашнего... я вся горю.
После оргазма коллега притянул её к себе. Они легли в обнимку - голые, ещё влажные от недавней близости, кожа к коже. Сердца стучали в унисон, медленно и тяжело. Переговоры были только после обеда, времени было достаточно, чтобы просто полежать
Надежда Михайловна.