меня к столику, где сидели несколько её коллег — женщины и мужчины. Нас представили друг другу, я кивал, улыбался, жал руки. Имена вылетали из головы, лица сливались в одно пятно.
Света села рядом со мной, положила руку на моё колено. Выглядела она спокойной, но я чувствовал, как её пальцы подрагивают.
— Ты сегодня особенно красивый, — сказала она, глядя на меня. — Новый костюм?
— Да, — ответил я. — Решил, что надо соответствовать.
— Соответствовать кому? — она улыбнулась, но в глазах не было веселья.
— Твоему уровню, — сказал я.
Она отвела взгляд.
Официант принёс шампанское. Мы выпили. Я смотрел на Свету, на её открытую спину, на глубокий вырез, на то, как мужчины за соседними столиками провожают её взглядами. Она была прекрасна. Она была желанна. Она была моей женой, которая сняла трусы перед выходом из дома, чтобы кто-то другой мог убедиться в их отсутствии.
— Потанцуем? — спросил я, вставая.
Она удивлённо подняла брови.
— Ты же не любишь танцевать.
— Сегодня люблю.
Она взяла меня за руку, и мы вышли на танцпол.
Медленная композиция сменяла быструю. Я обнял Свету за талию, она положила руки мне на плечи. Мы двигались в такт музыке, но я чувствовал, как она напряжена. Её взгляд скользил по залу, ища кого-то.
— Смотри на меня, — сказал я тихо.
Она послушалась. В её глазах было что-то, чего я не видел раньше. Нежность? Или жалость?
— Ты изменилась, — сказал я.
— В каком смысле?
— Ты стала другой. Ярче. Смелее.
— Это плохо? — она улыбнулась.
— Не знаю, — ответил я честно.
Моя рука скользнула ниже, по её спине, к пояснице, ещё ниже. Я чувствовал под тканью платья только её кожу, горячую, гладкую. Ни резинки, ни кружева, ничего.
Я провёл ладонью по её ягодице, открыто, почти вызывающе. Она вздрогнула, но не отстранилась.
— Сережа, — прошептала она. — Здесь люди.
— И что? — я прижал её ближе, чувствуя, как её тело отвечает на моё прикосновение. — Ты моя жена. Я имею право.
Она ничего не ответила. Только опустила голову мне на плечо.
Мы танцевали так несколько минут. Я чувствовал, как её тело расслабляется, как она прижимается ко мне, как её пальцы играют с волосами на моём затылке. На миг мне показалось, что всё вернулось на свои места. Что она снова моя.
Потом музыка сменилась на быструю, и она отстранилась.
— Я сейчас, — сказала она. — Мне нужно отойти.
— Куда?
— В дамскую комнату, — она улыбнулась, чмокнула меня в щеку. — Минут на пять. Подожди меня у столика.
Она развернулась и пошла через зал, ловко лавируя между танцующими. Чёрное платье мерцало в свете софитов, волосы струились по спине.
Я смотрел ей вслед.
Она не пошла в сторону туалетов.
Она направилась в тот самый коридор, где были VIP-кабинки. Туда, где я нашёл их с Дмитрием несколько минут назад.
Я подождал. Сосчитал до тридцати.
Потом пошёл за ней. Я шёл медленно.
Не потому, что боялся. Не потому, что колебался. Просто я хотел запомнить каждую секунду этого пути. Каждый шаг по ковровой дорожке, каждое мерцание бра на стенах, каждый приглушённый звук музыки, доносящийся из зала. Я шёл к точке невозврата. И я знал это.
Коридор казался длиннее, чем раньше. Двери кабинетов тянулись по обе стороны, и я заглядывал в каждую. Первая пуста. Вторая пуста. Третья, где я застал их с Дмитрием, тоже пуста.
Я двинулся дальше.
В конце коридора была ещё одна дверь. Массивная, из тёмного дерева, с табличкой «Администрация». Дверь была приоткрыта. Из щели пробивался слабый свет и едва слышные звуки — не музыка, не разговор, а что-то другое. Что-то, что
Подруга