Слова Любы меня немного успокоили, а мое лицо оказалось между ее грудей и я инстинктивно потянулся их целовать. Но все еще шмыгал носом, поэтому Люба погладила меня по волосам.
— Вот, уже лучше, — сказала Люба, когда увидела, что я больше не сопротивляюсь. — Ты же у меня самый лучший куколд, и не будешь капризничать. Лучше полижи мне.
Она села на диван, раздвинула ножки и подставила мне свои натруженные дырочки. Я приник к ним и заработал языком. Освобожденный от пояса, мой член стоял как каменный, но я не смел к нему прикоснуться, меня наверняка выпороли бы за это.
Все мужчины вокруг внимательно наблюдали за нами, но через несколько минут им стало скучно, двое пристроились на диване рядом с Любой и дали ей в рот, остальные разбрелись кто куда и разговорились о чем-то своем.
Видя, что я уже совсем успокоился, Люба легонько оттолкнула меня рукой, сползла с дивана, встала на коленки и начала надевать на меня новый пояс. Моя рекция тоже уже спала, так что ей это удалось сравнительно легко. И вот я уже снова стою на коленях запертый, меня действительно открыли на годовщину свадьбы, но я так и не кончил, чего нельзя сказать о наших гостях. Я чувствовал их сперму и когда целовал Любу, и когда лизал ей. Для них праздник вышел веселым.
У нас еще оставалось оплаченное время в сауне и компания развалилась: все мелкими группами разбрелись по разным помещениям: кто-то выпивал (за мой счет!), кто-то обсуждал дела, пара мужчин, которые хотели еще раз кончить, пользовали Любу. Но когда она удовлетворила и их, секс закончился. Я сидел в уголке раздавленный и униженный, я понимал, что сегодня мне ничего не светит, и неизвестно сколько теперь ждать следующего шанса.
Вдруг, отдыхавшая до этого Люба резко поднялась и стала оглядываться со словами:
— А где Витя? — видимо, этот новенький ей понравился.
Виктор сидел в одной из дальних комнат в одиночестве, расстроенный, на нем были только трусы, а его мускулистый торс с несколькими татуировками был заметно мужественным. Теперь он уже ничем не напоминал того мачо, которым был в начале сегодняшнего вечера, самцом, который готов трахать чужих жен и запирать их мужей в пояс верности. Кто-то сказал, что Виктор недавно расстался со своей девушкой, и все еще скучал по ней.
Люба нашла Виктора, остановилась в дверях, игриво прислонилась к косяку и облизала большой палец:
— Я вижу тебе грустно. Вдруг я смогу тебя развеселить?
Я шел за Любой и видел всю сцену из-за ее спину. Виктор ухмыльнулся. Люба подошла к нему, опустилась на колени и взялась руками за его трусы, стягивая их вниз. Потом Люба очень старалась, активно насасывая довольному Виктору, который и правда забыл о своих проблемах. Где-то на середине этого один из мужчин (я его тоже не помнил по прошлым встречам) заглянул в комнату, соблазнился аппетитно оттопыренной в его сторону попкой Любы, и пристроился к ней сзади. Люба хотела обернуться и посмотреть, кто ее трахает, но Виктор не дал ей этого сделать, удержав ее голову на своем члене м сказав:
— Не отвлекайся.
Мужчина, который присоединился к ним, кончил раньше Виктора, так что Люба так и не узнала, кто это был. А Виктор кончил ей в рот, и Люба все благодарно проглотила.
Я почти не спал в ту ночь, привыкая к новому поясу. Хотя он и правда был более удобным, но член в нем все так же не мог подняться, а еще болели ягодицы после порки, к чему добавилась тревожность: я переживал, что меня
Обучение Олечки