российской квартиры нулевых годов среднего класса, что сразу же вызвало у меня сонную скуку. Современное искусство меня мало интересовало, но Луизе напоминать об этом не стоило. В отличие от меня ведьма с неподдельным восхищением рассматривала декорации, и широкая улыбка не сходила с её накрашенного лица, в которое мне хотелось плюнуть.
Как говорится, на вкус и цвет товарищей нет.
— Не хмурься пожалуйста, а готовься к приятному просмотру новой премьеры! - толкнула меня локтем вредная стерва, поджимая по обыкновению свои губы. - Такое ты вряд ли где ещё сможешь увидеть. Билеты достать сюда было нелегко, мне пришлось хорошенько постараться. Так что будь любезна... И вот ещё что-старайся не удивляться, если будет происходить что-то необычное. Это всё нормально.
— Что ты имеешь в виду?
Луиза не ответила, а начала оживленно разговаривать с рыжеволосой женщиной, сидевшей рядом с ней с другой стороны. Прислушиваться к их разговору мне было лень, поэтому я откинулась на спинку мягкого кресла и прикрыла глаза. Думать ни о чём не хотелось.
Раслабленно развалившись в кресле и слушая тихую музыку, звучавшую в зале, я мысленно снова вернулась к загадочной Галине. Она явно хотела меня о чём-то предупредить, но не успела и очень расстроилась из-за этого. Интересно, почему она решилась на это? И что за конфликт был у неё с Луизой? Если она не побоялась открыто поругаться с истеричной дурой, то следует отдать ей должное- на такое способны очень немногие. У Луизы сволочной и истеричный характер нездоровой женщины и это многие понимают, поэтому не хотят с ней лишний раз связываться. Но загадочную незнакомку это не остановило.
Любой человек, осмелившийся возразить моей ненавистной тюремщице сразу же вызывал моё невольное уважение, поэтому открыв глаза и выпрямившись я внимательно осмотрела заполненный народом зал, надеясь увидеть Галину там. Эта женщина всерьёз заинтересовала меня и мне почему-то захотелось снова увидеть её.
Но смелой женщины нигде не было видно и, разочарованно вздохнув, я снова откинулась на спину и закрыла глаза. Мне захотелось спать.
Чувствовать, что я больше не одинока в своей ненависти к Луизе было очень приятно.
Неожиданный поцелуй