ухода за пастбищами и заборами, ему предстояло присматривать за двумя лошадьми. За исключением особых проектов, наше соглашение предполагало безденежный обмен: я не беру плату за жильё, он не берёт за повседневную работу. Единственное исключение — территория вокруг моего дома: она оставалась в моём ведении. Всё остальное — его зона ответственности.
По сути, это была работа на досуге. Тот, кто брался за неё, мог спокойно работать на полную ставку в другом месте, а фермой заниматься в свободное время. Правда, найти нормальную работу Нобби с его судимостью было непросто. В прежнюю профессию дорога для него была закрыта. Зато навыки управления хозяйством и животноводства делали его отличным кандидатом на любую вакансию на соседних фермах.
Со всем, что творилось в её жизни, Шивон даже не заметила, как строители сновали туда-сюда по участку, возводя домик у ручья. Вероятно, она решила, что они работают на соседнем участке.
Освобождение Нобби и наша договорённость произошли уже после того, как Шивон перестала интересоваться чем-либо, связанным со мной, — так что я не стал ей ничего рассказывать. Когда однажды она всё же поинтересовалась, кто косит пастбища, я ответил, что попросил соседа заняться этой работой, так как сам был слишком занят, чтобы выполнять эту задачу самостоятельно.
***
С Адамом была другая история. Жену он потерял — она умерла от рака — за пару лет до инсульта, и с тех пор как-то пробивался по жизни. Его карьера перестала приносить прежнюю радость, рассказывал он мне, пока мы знакомились в реабилитационном центре, и теперь он искал что-то новое.
В шестьдесят лет это непросто, но разработка торговой программы дала ему новое ощущение цели. То, что я разглядел ценность его работы и был готов вложиться в его дело, дало ему второй шанс.
В центре Адаму предстояло остаться ещё на пару месяцев после моего отъезда, но я пообещал, что у него будет, где остановиться, когда его выпишут.
Его домик был готов к его приезду в марте 2019 года. Той же планировки, что и домик для Нобби, он, как мой дом и дом Нобби, питался и от электросети, и от солнечных батарей, и был подключён к высокоскоростному оптоволоконному интернету.
Как и домик Нобби, он стоял на небольшом мысе с видом на ручей и имел собственный подъезд. Ни один из домиков не был виден ни из главного дома, ни друг из друга.
Но это всё было ещё впереди.
***
К октябрю 2018 года мы с Гарри решили, что самое время начинать реализацию нашего плана, точнее ту его часть, что была связана с психологической войной. Я уже несколько месяцев как восстанавливался, все участники вернулись к своей привычной жизни и расслабились настолько, насколько это вообще было возможно.
Макса в эту часть операции мы намеренно не посвящали: не хотели травмировать его юридические принципы. Мало ли — он ещё мог понадобиться снаружи, чтобы вытащить нас, если мы зайдём слишком далеко за флажки.
Была пятница, десять часов вечера. Я сидел за компьютером и с отвращением наблюдал, как двое любовников совершают свой ритуал в моей постели. Ещё в самом начале наблюдений я выяснил, что по части размеров Лонгман мне не соперник — если что, он был меньше и в длину, и в обхвате — и что особых технических откровений в его подходе не было. Судя по реакции Шивон, однако, в искусстве доставлять женщине удовольствие он был весьма искусен. Казалось, не важно, что он делал и как — она, похоже, была одинаково зависима и от его умений в постели, и от его доминирования над ней.
Педпрактика