меня одну. Горячую, мокрую, опустошённую и одновременно наполненную до краёв.
Но это было не всё.
— На колени, — сказал Денис. Не громко, но твёрдо. Как приказ.
Я посмотрела на него. Он стоял передо мной, голый, член твёрдый, напряжённый, с влажной головкой, которая блестела в полумраке. В глазах — не насмешка, не давление, а что-то другое. Уверенность. Будто он знал, что я сделаю, ещё до того, как я сама решила.
Я опустилась на колени.
Ковёр под коленями был мягким, ворсистым, приятно щекотал кожу. Я чувствовала каждый его ворсинку кончиками пальцев ног, которые упирались в пол. Руки опустила на бёдра, ладонями вниз, пальцы расслаблены. Спину держала прямо — не потому что кто-то учил, а потому что внутри само собой так сложилось. Я — центр. Я — алтарь. Я — то, перед чем преклоняются.
Но внутри всё дрожало.
Я никогда этого не делала. Никогда. Видела только на видео в интернете, на каких-то сайтах, куда заходила из любопытства, зажимая рот рукой, чтобы никто не услышал. Но чтобы вживую... чтобы на коленях, перед четырьмя парнями, голая, мокрая, с текущей по ногам смазкой...
Я сглотнула. Во рту пересохло, хотя ещё минуту назад всё было влажно.
Парни встали вокруг меня полукругом.
Денис по центру. Юра слева. Саша справа. Женя пристроился чуть сбоку, между Денисом и Юрой, ближе ко мне. Я подняла глаза — медленно, не торопясь — и увидела перед собой четыре мужских члена на разной высоте, разных форм и оттенков. Каждый живой. Каждый дышит. Каждый пульсирует в такт сердцебиению.
Я смотрела на них и не верила, что это происходит со мной.
Денис — длинный, с лёгким изгибом вверх. Тёмный, почти коричневый от прилившей крови. Вены набухшие, синие, оплетают ствол как виноградная лоза. Головка крупная, блестящая, с крошечной капелькой смазки на самом кончике. Я видела, как она дрожит при каждом ударе сердца.
Юра — толстый. Очень толстый. Такой, что я засомневалась, поместится ли он вообще куда-нибудь, даже в рот. Ствол тёмно-розовый, с синими венами, выступающими как канаты. Головка раздутая, тёмно-бордовая, блестящая от влаги. Под ней — тонкая уздечка, натянутая до предела.
Саша — аккуратный, ровный. Не длинный, не толстый, но ладный, пропорциональный. Бледно-розовая головка, ровный ствол с редкими голубыми прожилками. Он смотрелся почти невинно среди остальных. Почти.
Женя — неожиданность. Для его худого тела — неожиданно крупный. Бледный, почти белый, с ярко-розовой головкой, которая блестела как леденец. Член стоял почти вертикально, напряжённый, с едва заметным изгибом влево.
Я смотрела на них и чувствовала, как внутри всё сжимается от страха и желания одновременно. Сердце колотилось где-то в горле. Ладони вспотели. Я боялась, что у меня не получится. Что я сделаю что-то не так. Что они засмеются. Что я вырву, как в том видео, которое случайно открыла в интернете и долго не могла забыть.
Между ног было влажно — я чувствовала, как жидкость вытекает, стекает по внутренней стороне бедра, щекочет кожу. Тело хотело, даже если мозг боялся.
Я украдкой взглянула в сторону. Инна, Юля, Яна и Марина сидели на диване, поджав ноги. Голые, расслабленные, с горящими глазами. Инна улыбнулась мне и кивнула. Юля облизнула губы и провела рукой по своей груди, не отрывая от меня взгляда. Яна и Марина перешёптывались, но смотрели тоже. Они наблюдали. Оценивали. Ждали.
От этого стало ещё страшнее. И ещё возбуждённее.
Я сглотнула ещё раз, провела языком по пересохшим губам и подняла глаза на Дениса.
Он ждал. Спокойно. Терпеливо. Его член был прямо перед моим лицом — в паре сантиметров от губ. Я чувствовала его жар кожей лица, чувствовала запах — мужской, острый, чуть солоноватый.
Моя любимая Аленка