оказался перед моим лицом. Я смотрела на него и снова испугалась. Такой большой. В рот? Серьёзно? Я видела такие только на фото в интернете, куда заглядывала из любопытства. И всегда думала — как это вообще можно в рот взять?
Я боялась, что не смогу. Что челюсть сломаю. Что задохнусь.
Но тело уже тянулось к нему. Рука сама легла на его бедро, пальцы скользнули по горячей коже. Я взяла его член в другую руку. Он не помещался в ладони — пальцы не смыкались вокруг ствола.
Я облизала губы, набрала в рот слюны и наклонилась. Взяла головку в рот — только головку. Языком обвела её по кругу, чувствуя под ним гладкую натянутую кожу, пульсацию вен. Юра выдохнул — тяжело, с хрипотцой.
Я попробовала взять глубже. Челюсть заболела сразу — пришлось широко открыть рот, почти до хруста в суставах. Я взяла столько, сколько смогла, сжимая рукой остальное. Головка упёрлась в нёбо, и я провела по ней языком снизу, нащупывая уздечку, самую чувствительную точку.
Юра дёрнулся. Его рука легла мне на голову — тяжелая, горячая ладонь, пальцы впились в волосы. Не больно, но ощутимо. Я чувствовала, как он сдерживается — как напряжены его бёдра, как дрожат мышцы пресса.
Я начала двигаться. Член скользил во рту, влажный, горячий, пульсирующий. Слюна текла по подбородку, смешиваясь с его смазкой, капала на грудь, на живот. Я смотрела на него снизу вверх — его квадратные скулы, тяжёлую челюсть, закрытые глаза. Он был прекрасен. Как статуя. Как бог.
Я снова взглянула на девушек. Юля уже не просто гладила себя — у неё в пальцах блестела влага, она тяжело дышала, глядя на меня. Инна обнимала Яну, но смотрела на мой рот, занятый членом Юры. Яна прикусила губу и медленно водила рукой по груди Инны.
Они наблюдали. Им нравилось. Мне нравилось, что им нравится.
Я взяла глубже, насколько могла, чувствуя, как головка упирается в горло. Горло сжалось рефлекторно, меня чуть не вырвало, но я сглотнула, расслабилась и позволила ему войти ещё глубже.
Юра застонал — глухо, сдерживаясь. Его пальцы в волосах сжались сильнее. Он начал двигать бёдрами — медленно, глубоко, почти не выходя. Член ходил туда-сюда в моём горле, и я чувствовала каждый его миллиметр.
Он тоже не кончил. Отстранился, тяжело дыша, и кивнул Саше.
Саша подошёл ближе, почти вплотную. Улыбался, но я видела, как подрагивают его пальцы, как быстро вздымается грудь. Я выдохнула. Саша был самым нестрашным. Небольшой, аккуратный.
Я взяла его член в рот без пауз. Вошёл легко — не пришлось напрягать челюсть, не пришлось давиться. Я взяла глубоко сразу, чувствуя, как головка упирается в нёбо. Я провела по ней языком, обводя круги, потом скользнула ниже, облизывая ствол.
Саша выдохнул — нервно, с присвистом. Его руки легли мне на плечи — осторожно, почти невесомо.
Я взяла его член в руку, помогая себе, и начала двигаться — ритмично, в такт его дыханию. Он двигал бёдрами навстречу — сначала робко, потом увереннее. Я чувствовала, как его член пульсирует у меня во рту.
Я подняла глаза на девушек. Теперь уже все четверо смотрели. Яна и Марина целовались, но глаза их были открыты и смотрели на меня. Юля кончила — я видела, как она выгнулась и замерла, сжимая пальцы между ног. Инна просто смотрела и улыбалась.
Я закрыла глаза и отдалась процессу.
— Дальше, — прошептал Саша и отстранился.
Женя стоял последним.
Его член — неожиданно крупный для его худого тела — был прямо перед моими глазами. Я смотрела на него и не верила, что этот мальчишка, который минуту назад сидел у меня на
Необычайный месяц сентябрь. часть 2. (продолжение)