почувствовала, как Алиса с жадностью пытается забрать остатки вязкого, солоноватого вкуса семени.
Марк зафиксировал и этот момент, превратив наш позор в вечный архив в своем телефоне.
После этого всё затихло. Мы с Алисой, полностью опустошенные, без сил и воли, просто облокотились на край кровати, тяжело дыша. Я чувствовала себя выпотрошенной, грязной, но странно спокойной. Мой взгляд был устремлен в одну точку, а в голове всё ещё пульсировал ритм его толчков.
Марк, напротив, выглядел бодрым и собранным. Он начал неторопливо одеваться, совершенно не обращая на нас внимания, словно мы были просто использованным инвентарем. Когда он застегнул последнюю пуговицу рубашки, он подошел к нам и с металлическим звоном положил ключи от квартиры на простыню рядом со мной.
— Вика, возьми их, - бросил он, даже не глядя мне в глаза. — Я заберу их тогда, когда решу, что мне снова понадобится твоя помощь.
Он развернулся и вышел из квартиры, плотно закрыв за собой дверь. Щелчок замка прозвучал как точка в конце предложения. Мы остались вдвоем в этой звенящей тишине, две изломанные женщины, связанные общим грехом и запахом одного мужчины, который только что распорядился нашими жизнями.
Тишина в квартире стала давящей. Я медленно опустила взгляд на свои руки, в которых сжимала ключи, а затем посмотрела на свои бедра. Я видела клочья своего кружевного белья, разбросанные по полу, и чувствовала, как между ног всё ещё течет липкая смесь из моих соков и семени Марка.
Похоть, которая только что сжигала меня изнутри, внезапно испарилась, оставив после себя ледяную пустоту и тошнотворный запах секса. Я вздрогнула, осознав, в каком состоянии я нахожусь.
— Господи... что я наделала... - прошептала я, и мой голос прозвучал чужим, надтреснутым.
Алиса, всё ещё полулежа на кровати, посмотрела на меня с какой-то странной, почти понимающей усмешкой.
— Ты теперь одна из нас, Вика. Добро пожаловать в ад, - сухо бросила она, начиная медленно опускать свое платье.
Я вскочила, охваченная внезапной паникой. Мои мысли забились в голове, как пойманные птицы. Я пьяна, от меня пахнет чужим мужчиной, мое белье уничтожено, а на шее и бедрах наверняка красуются отметины от пальцев Марка. Как я вернусь к Коле? Что я ему скажу?
— Мне нужно... мне нужно привести себя в порядок, - лихорадочно заговорила я, оглядываясь в поисках ванной. - Если он почувствует этот запах... если он заметит...
Я почувствовала, как к горлу подступает комок. Я должна была придумать легенду, найти способ отмыться от этого греха, но понимала: какой бы чистой я ни стала снаружи, внутри я теперь навсегда отмечена Марком.
— Помоги мне, - почти умоляюще посмотрела я на Алису. - Пожалуйста, скажи, как мне это скрыть.
— Скрыть это невозможно, дорогая, - Алиса встала, поправляя одежду. - Можно только надеяться, что он слишком слеп, чтобы заметить.
Я буквально влетела в ванную, срывая с себя остатки одежды. Включив ледяную воду, я залезла под струю, чувствуя, как озноб прошибает всё тело. Я терла кожу мочалкой с какой-то неистовой силой, почти до крови, стараясь смыть с себя липкий след семени и запах чужого пота.
- Господи, пусть всё исчезнет... просто исчезнет... - всхлипывала я, заглатывая воздух.
Пока вода стекала по моему телу, я лихорадочно конструировала ложь. Сказать, что засиделась с подругами? Что выпили слишком много и я уснула у Алисы? Да, это сработает. Главное - не смотреть Коле в глаза и надеяться, что он не заметит моего сбитого дыхания и странного блеска в глазах.
Я надела одежду, совершенно забыв про трусики, которые так и остались разорванными валятся у
Сдерживания и несдерживания в санатории