подол платья до груди — маленькие холмики обнажились, соски уже стояли от прохлады и подсознательного возбуждения.
Оля вздохнула во сне, но не проснулась.
Антон стянул с неё трусики — медленно, наслаждаясь каждым сантиметром. Чёрное кружево соскользнуло по бёдрам, обнажив гладкую киску. Он раздвинул ей ноги шире. Наклонился и провёл языком по всей длине щели — от ануса до клитора.
— Смотрите, как она течёт почти сразу, — прошептал Антон. — Даже во сне узнаёт наши языки.
Они начали медленно, почти нежно.
Витя лёг рядом, взял её маленькую грудь в рот — посасывал сосок, покусывал, перекатывал языком. Макс встал на колени между ног, расстегнул ширинку. Его толстый член вырвался наружу. Он приставил головку к её мокрой киске и вошёл — медленно, растягивая.
Оля застонала громче, тело выгнулось. Макс вошёл до конца, замер, давая ей привыкнуть. Потом начал двигаться — коротко, мощно, каждый толчок сопровождался влажным чавканьем.
Антон встал у её головы, вставил свой толстый член в приоткрытый рот. Оля инстинктивно обхватила губами, посасывая во сне. Слюни потекли по подбородку.
Витя трахал её грудь — прижимал член между холмиками, двигался, пока не кончил — густыми струями на шею и подбородок.
Макс ускорился. Его толстый член растягивал её до предела. Оля стонала вокруг члена Антона, тело дрожало. Она кончила первой — сильно, содрогаясь, киска сжалась вокруг толстого ствола, сок брызнул на живот Макса.
— С днём рождения, солнышко... — прошептал я из дверного проёма, дроча свой член. — Ты даже не представляешь, как тебя любят.
Макс зарычал и кончил внутрь — мощными толчками, заполняя её матку густой спермой. Когда вышел — белая масса потекла по её бёдрам.
Антон вытащил член из рта, перешёл вниз. Вошёл в киску одним толчком — она была уже горячей, мокрой, растянутой. Трахал жёстко, быстро, шлёпая по бёдрам. Оля снова кончила — тихо, протяжно, улыбаясь во сне.
Он кончил на её грудь — густо, долго, размазывая сперму по соскам.
Витя лёг на неё сверху, вошёл длинным членом в киску — глубоко, до матки. Трахал медленно, наслаждаясь каждым сантиметром. Оля стонала, тело подрагивало. Он кончил внутрь — чувствуя, как её стенки сжимают его в оргазме.
Я подошёл последним.
Они расступились. Я лёг на неё, вошёл в её горячую, переполненную спермой киску. Чувствовал, как внутри хлюпает — моя любовь, смешанная с их похотью.
— С днём рождения, моя девочка... — шептал я, трахая её медленно, нежно, целуя в губы. — Я люблю тебя. Люблю так сильно, что готов делить тебя с ними. Лишь бы ты была счастлива... даже во сне.
Она улыбнулась во сне, тихо застонала, кончила ещё раз — мягко, сладко, обхватив меня стенками.
Я кончил внутрь — последним, чувствуя, как моя сперма смешивается с их, заполняя её до краёв.
Потом мы просто лежали вокруг неё — четверо мужчин и одна спящая женщина. Гладили её волосы, целовали в лоб, в щёки, в губы.
— С днём рождения, Оленька, — шептал Антон.
— Самая лучшая именинница, — добавил Витя.
— Мы тебя любим, — сказал Макс.
Я молчал. Только гладил её по щеке и повторял про себя:
«Ты моя. Всегда моя. Даже когда вся в нашей сперме».
Она улыбалась во сне.
И я знал — это только начало её новых дней рождения.
Оля медленно выплывала из сна, как из тёплой ванной с пеной. Голова гудела после вчерашнего шампанского, во рту было странно... полно. Что-то большое, горячее, солоноватое лежало на языке и слегка пульсировало. Она открыла один глаз.
Прямо перед её лицом, в десяти сантиметрах, покачивался толстый, блестящий
Искушения взрослой жизни. Часть I. Ольга