само «нападение», а то, как на него отреагировало тело. Когда она пришла домой, трусы можно было выжимать, настолько там было влажно. Она помнила, что вместе со страхом испытывала странное томление от множества рук, касающихся её одновременно везде. Но не ожидала, что влагалище исторгнет настолько много секрета. Именно поэтому ей стыдно было рассказывать об этом случае кому-либо.
***
Саша между тем приходил домой вымотанный и понурый. В коллективе отношения у него не складывались. Коллеги всё больше перекладывали свои обязанности на молодого и безответного коллегу, а начальство, казалось, не замечало, насколько он загружен. Зато не забывало пугать увольнением, если он не справлялся с обязанностями. Из-за этого и так не феерический секс стал совсем редким.
При этом очередной «короткий день» был всё ближе. Коллеги Веры с каким-то восторгом рассказывали, какие они купили обновки для него. Оказывается, дамы не ходили каждый раз в одном и том же белье, стараясь то ли покрасоваться друг перед другом, то ли удивить клиентов. Впрочем, последнее вряд ли — много ли разглядят они, видя лишь одну торчащую в их сторону задницу.
Под впечатлением от этих разговоров и сама Вера купила новый полупрозрачный пеньюар и комплект сексуального нижнего белья. Домой она нести обновки не решилась, чтобы не вызвать вопросов у мужа, а оставила их на работе. В принципе, так поступали и остальные коллеги Веры. Все они были замужем, и, по их словам, браки были крепки и надёжны.
Наступил очередной «короткий день». Они отправились на уже знакомую площадку перед заброшенным заводом. Вера выглядывала в окошко, пытаясь по лицам людей определить, кто именно совал ей в прошлый раз свой член в дыру глорихола. Тщетно. Конечно же, ничего она не поняла.
Она заняла своё место за столиком администратора. Здесь был небольшой планшет. Оказывается, нужно было не только проверять паспорта (услуга оказывалась только гражданам Франции), но и регистрировать их. Впрочем, всё это Вера уже знала. Анабель несколько раз проинструктировала девушку. Был небольшой мандраж — всё же дело было для Веры новым, но не более того.
Начало прошло без сучка и задоринки. «Обезличенные партнёры» особо не задерживались у стойки администратора, стремясь побыстрее попасть в кабинку. Обратно они выходили уже расслабленные и безразлично проходили мимо её столика, уступая место следующему страждущему. Некоторые обращали внимание на новую, молодую сотрудницу. Делали комплименты. Грубые, безыскусные. Спрашивали, когда она сама начнёт работать в кабинке, чтобы можно было опробовать «свежачка» — так и говорили. Вера делала официальное лицо, не вязавшееся с её фривольным нарядом, и отговаривалась приказами начальства. Мол, она ничего не решает.
Не по сценарию пошло, когда Вера проверила паспорт очередного клиента. Это был чёрный крепкий мужчина средних лет. Не старый ещё — седины в волосах не виднелось, но было ему, на взгляд девушки, не меньше сорока. Проблем от таких «взрослых» мужчин она не ждала. Это молодые бывали излишне импульсивными и горячими.
С паспортом всё было в порядке. Также обмотанные полотенцем торс и влажные волосы показывали, что душ он принял. Вера выдала ему презерватив и хотела уже нажать кнопку, чтобы пустить следующего, как он вдруг недовольным голосом выдал:
— Опять эти?
— Извините? — не поняла Вера.
— Опять такие презервативы. — Он указал на пластиковый квадратик в своей руке. — Другие есть? Я говорил уже, что такой не подходит.
Вера достала из-под стола коробку. Все презервативы были одной фирмы. Возможно, отличались по размеру, но Вера забыла уточнить этот вопрос у Анабель. Впрочем, дело было не в размере, как объяснил Муса. (Это Вера запомнила из данных паспорта и обращалась к мужчине «месье Муса».)
Байки из щелки Байка четвертая Черная лента и Байка пятая Надгробие