прислушался к разговору бабулек, сидевших через проход от него и бросавших в его сторону недовольные взгляды, и понял, что проспал на станции два часа. В город поезд должен был прибыть к полудню. Ближе к конечной остановке по составу начал обход инспектор пассажирского транспорта и проверять билеты. Когда эта вредная баба, наделенная толикой власти, дошла до конца вагона, Николаич снова мирно спал. Она же не снизошла до тактичного «Извините, гражданин. Транспортная инспекция. Не будете ли Вы так любезны прервать свой сладкий сон и показать мне свой билет?», а нарушила его покой грубым и гнусавым «Ваш билет!». В конечном итоге, несмотря на его вежливость и природный магнетизм, она сдала его полиции, как только поезд прибыл на вокзал. Те бросили его в буханку и повезли в обезьянник.
Сколько он ни пытался заговорить с патрульными, сопровождавшими его в участок, они его не слушали. Узнав, что документов, подтверждающих личность, у него нет, а телефон разряжен, они забрали подозрительного мужика со следами побоев и в грязной одежде для установления личности. Пока он сидел за решеткой с парой неблагопристойных элементов, ему-таки удалось привлечь к своей персоне внимание начальника отделения. Майора Кузнецова. Для этого Николаичу пришлось идти на крайние меры: подозвать надсмотрщика и шепнуть, что ему кое-что известно о готовящемся теракте, а, поскольку он не знает, кому можно доверять, сообщить данные сведения может только самому главному в участке и наедине. Оказавшись тет-а-тет с майором в его кабинете, гипнотизер наконец сумел воспользоваться своими талантами.
Через пять минут майор Кузнецов предупредил своих подчиненных о том, что отправляется с информатором по срочному и секретному заданию, поручил пробить Любу и членов ее семьи и забрался с Николаичем в служебный УАЗ Патриот. Через десять минут они уже колесили с орущей по улицам города мигалкой в сторону Любиного универа. Часы в машине показывали уже пятый час вечера. Скоро она освободится и отправится в бар, чтобы выполнить его наказ. Майору прислали информацию по Любе: номер телефона, где учится, имеет ли приводы в полицию, а также по ее матери и отцу. Николаич с телефона Кузнецова набрал ее номер. Люба взяла трубку и с подозрением произнесла «алло». Стоило Николаичу начать что-то объяснять, как она со словами «Заебали мошенники!» бросила трубку. Во время второго дозвона автоответчик сообщил, что абонент не может подойти к телефону. Тогда он набрал телефонный номер ее матери, которая, узнав, что звонят из полиции, пошла навстречу сотрудникам правопорядка и сообщила, в какой бар по пятницам ходит ее дочь.
УАЗ Патриот уже был в пяти минутах езды от того самого бара, когда машина очень даже непатриотично заглохла. Как бы майор ни пытался запустить двигатель, исчадие российского автопрома не заводилось. Не теряя времени, Николаич выскочил из машины и отправился в бар пешком. Когда он добрался, охранник взглянул на его нерепрезентативный вид и отказался впускать. К тому моменту, когда он все-таки вошел, на улице стемнело. В баре собралось немало народу – отмечали окончание лета. Николаич бродил по заведению туда-сюда, но Любу найти никак не мог. Вдруг около выхода он заметил шевелюру цвета молодой пшеницы с ядовито-розовыми локонами. Их обладательница повернулась в сторону, и Николаич узнал ее профиль. Он поспешил вслед за ней, но на его пути оказались пьянствующие байкеры, которые чудом его не отделали за пролитый стакан пива. Когда он выбежал на улице, Люба в коротком светлом платьице, из-под которого виднелись ее тонкие ножки, удалялась в компании широкоплечего кавалера. «Не успел» - решил Николаич, ведь именно такого телосложения ребят он внушал
Незнакомец в женском туалете