мне это удавалось. “Восьмерка” превратилась в настающую скачку. Лиза насаживалась на мой член, пронзая свои внутренности огненным мечом. Стоны стали частыми и сбивчивыми.
— О Боже. Как хорошо. Как же, мать его, хорошо! – с трудом вымолвила дочь.
— Ты снова выражаешься? Кажется мы об этом...
— Тссс... Я поняла. Не надо нотаций. Только не сейчас, когда ты выворачиваешь меня на изнанку, папа. – она прикрыла мои губы своей влажной ладонью.
Пока одна моя рука продолжала ласкать грудь девушки, вторая поползла выше к тонкой лебединой шее. Я обхватил её властно, но бесконечно бережно, давая ощутить Лизе всю мою власть и заботу. Короткими фразами я подбадривал свою дочурку скакать сильнее и отрывистее. Стараясь двигать тазом в унисон с Лизой, я наращивал темп. Мне не хватало обжигающей близости с частичкой меня самого, а потому я обнял дочь и прижал к себе. Губы быстро нашли возбужденный сосок девушки и плотно присосались к нему. Ощущалось приятное давление её невесомого тела, стимулирующее меня двигаться быстрее.
— Ох, ох. Я уже сейчас... Сейчас... Сейчас кончу, папа!
Я не ответил ей, лишь сильнее сжал зубами сосок. Это сыграло свою роль. Лиза вырвалась из моих объятий, уперлась руками в мою грудную клетку и стала трахать меня своей сочащейся и хлюпающей от перевозбуждения киской. Казалось, она вбивает монолитные сваи. Движения были на грани припадка. Стоны сменись диким, почти звериным рычанием.
— Да, да, да! ДА! Ещё! Дай мне ещё своего члена, папа! Заполни меня им. Трахай свою дочь!
Этот отчаянный призыв или скорее не терпящий возражений приказ заставил меня схватить Лизу за талию с такой силой, что между нами не осталось даже воздуха. Сдерживать зарождающиеся звуки не было смысла. Глубокий, гортанный стон вырвался из моей груди. И с каждым новым стоном, с каждым движением мы приближались к той точке, за которой существовала только чиста, ослепляющая вспышка, объединяющая нас в единое целое.
— ДА! Кончаю! Я кончаю на твоем члене, папочка! – закричала Лиза.
— Кончай, детка. Не сдерживайся. Кончай на меня, пока я так глубоко в тебе!
В момент оргазма её мышцы свело сладкой, неконтролируемой судорогой. Конвульсии пробегали по её телу волнами, от кончиков пальцев, впившихся в мою грудь, до вытянутых стоп. Изогнувшись, Лиза завопила, оглушая всё вокруг. А затем бессильно рухнула на меня, оставляя гулкое раскатистое эхо запретной, табуированной связи отца и дочери. И наступила абсолютная, благословенная тишина. Мы лежали, тесно переплетенные, чувствуя, как пот остывает на коже, а сердца постепенно замедляют свой бешеный бег. Голова дочери покоилась на моем плече — там, где еще алели следы недавней страсти. Я не торопился вынимать свой член из неё. Сейчас, в лоне Лизы, было фантастически. Мириады электрических искорок пробегали по стволу, доставляя неописуемое удовольствие. И хоть я не излился, всё равно ощущалась приятная усталость.
После нескольких пленительных минут, Лиза подняла голову и посмотрела на меня своими ещё пока горящими глазами.
— Папуль? Ты всё ещё твердый. Ты не кончил?
— Нет, милая. Ты пришла к финалу первая.
— Ой, мне жаль... Не хочу, чтобы у тебя посинели шары. А то ещё отвалятся.
Легкий смешок разбавил наш диалог
— Ты же не думала, что на этом мы закончим? – вопросительно взглянул я на дочь.
— А? – в её взгляде читалось искреннее непонимание.
— Ты только что открыла дверь, которую я держал запертой слишком долго. И теперь, чтобы утолить этот голод, одного раза вряд ли хватит.
Лиза склонилась к самому моему уху, так что её волосы коснулись щеки.
— А ты полон сюрпризов, папочка. Я была уверена, что ты сразу же выдохнешься
Таня