— Алименты он ей не платит уже полгода. А у них трое детей, все маленькие, в садик ходят. Она к нему приходила, наверное, опять ругались.
Я помолчал несколько секунд, глядя, как она идёт по тротуару. Потом принял решение.
— Остановись рядом с ней.
Водитель послушно притормозил. Я опустил стекло и негромко позвал:
— Девушка, здравствуйте. Давайте я вас подвезу. И заодно хотел бы с вами переговорить по поводу вашего мужа.
Она остановилась и настороженно посмотрела на меня.
— А вы кто?
— Я его начальник, — ответил я серьёзно и спокойно.
Она на секунду задумалась, потом быстро оглянулась по сторонам и решительно открыла дверь машины.
— Спасибо... — тихо сказала она, садясь на заднее сиденье рядом со мной.
Вблизи она была ещё красивее. Лет 27–28, ухоженная, с приятным лицом и большими выразительными глазами. Розовое платье плотно обтягивало большую грудь и подчёркивало соблазнительные изгибы тела. От неё едва уловимо пахло сладкими духами и женским теплом.
— Меня зовут Марат, — представился я. — А вас как?
— Лейла, — ответила она немного скованно.
— Лейла, я в курсе ситуации с Толиком. Честно говоря, мне не нравится, как он себя ведёт. Отец должен обеспечивать семью и содержать детей... Это неправильно.
Она горько усмехнулась и отвернулась к окну.
— Неправильно... А ему плевать. Говорит, что «сам едва концы с концами сводит». Хотя я знаю, что он каждый вечер на ставки спускает деньги.
В её голосе чувствовалась усталость и обида.
Я посмотрел на неё внимательнее. Несмотря на тяжёлую ситуацию, она старалась выглядеть хорошо: аккуратный макияж, ухоженные волосы, красивое платье. Видно, что женщина из тех, кто даже в трудные времена не опускает руки.
— Скажите, Лейла, сколько он вам должен? — спросил я прямо.
Она назвала сумму. Небольшая по моим меркам, но для матери троих детей — очень ощутимая.
Я кивнул.
— Хорошо. Завтра я поговорю с ним по-серьёзному. Думаю, вопрос решится в ближайшие дни. А пока... давайте я вам помогу. Хотя бы на первое время.
Она повернулась ко мне и посмотрела с недоверием, но и с надеждой одновременно.
— Зачем вам это? Вы же мне никто.
Я пожал плечами и честно ответил:
— Не люблю, когда мужчины так поступают со своими детьми и женой. Тем более такой красивой женщиной.
Лейла слегка покраснела и отвела взгляд. В машине повисла неловкая, но приятная тишина.
Через какое-то время она тихо спросила:
— А вы... часто так помогаете бывшим жёнам своих сотрудников?
Я улыбнулся:
— Впервые. Но, видимо, сегодня особенный день.
Мы доехали до её дома — старой пятиэтажки на окраине. Я попросил водителя подождать, а сам вышел вместе с ней.
Перед тем как попрощаться, я достал из бумажника несколько крупных купюр и протянул ей.
— Это не благотворительность. Считайте, что это аванс. Толик в ближайшее время всё вернёт. А если будут проблемы — звоните.
Лейла взяла деньги дрожащей рукой. Глаза у неё слегка заблестели.
— Спасибо вам... Марат. Правда, огромное спасибо.
Она помолчала секунду, а потом, набравшись смелости, добавила тише:
— Если хотите... можете подняться. Я хотя бы чаем вас напою. Дети сейчас у моей мамы, так что тихо.
Я посмотрел на неё. В её глазах было что-то большее, чем простая благодарность.
Жаркий вечер, красивая женщина в облегающем розовом платье, которая только что получила помощь от незнакомого мужчины...
— Чаю — это хорошо, — спокойно ответил я. — Пойдём.
Лейла слегка улыбнулась, повернулась и пошла к подъезду. Её круглая упругая попа соблазнительно покачивалась при каждом шаге под тонким розовым платьем.
Я пошёл следом.
Мы зашли в старый подъезд. Лифт, как и ожидалось, был крошечный и тесный. Когда двери закрылись, Лейла стояла совсем близко. В
Диспетчер Надя