Открыл глаза и был в шоке. Это была не Рима, а её сестра Алина.
Она прижала указательный палец к губам и прошипела:
— Тщщщ.
— А где Рима? — сам не осознал свой глупый вопрос.
— Где Руслан? — уже второй раз спросил я разумнее.
— Они спят. Идём, — попросила она мягко, почти нежно.
Мы вышли на улицу. Я в трусах, а Алина была в чёрном пеньюаре. Я посмотрел на часы — опять 03 часа ночи.
Алина была более сексуальной и нежнее своей младшей сестры. Её попа побольше и упругая, колыхалась в такт её ходьбе. Я шёл сзади и видел её сочную задницу. В отличие от загорелой сестрёнки Алина была почти бледной, мраморный цвет кожи был нежнее и соблазнительнее. Она повернулась ко мне, её груди второго размера колыхнулись. Её пеньюар почти ничего не скрывал, соски торчали, а грудь упруго торчала. Мы сели возле пруда на лежак, она повернулась ко мне.
— Когда Рима мне рассказала, что ты с ней делал... как ты её брал... как она кричала от удовольствия... я всю ночь не спала. Я завидовала ей. А потом... я лежала рядом с пьяным Русланом и трогала себя, думая о тебе. Я чувствую себя брошенной, ненужной, высохшей женщиной. И вдруг появляешься ты... и во мне снова что-то оживает. Я боюсь, Марат. Боюсь, что ты подумаешь обо мне плохо. Боюсь, что после этого я окончательно себя потеряю. Но я так сильно тебя хочу, что уже ничего не могу с собой сделать.
— Марат, ты хочешь меня? — спросила она меня, но при этом ничуть не засмущалась.
Вместо ответа я придвинулся к ней и поцеловал её губы. Она не отстранилась, а раскрыла рот, давая доступ моему языку проникнуть. Она была очень нежная и сладкая. В такт она тоже начала языком целовать меня. О боже, она была сверхнежна, мягкая и нежная, чувствительная в каждой точке её тела. Я прикасался к её грудям, талии, попе, животу — везде, куда ни прикасался, она вздрагивала и постанывала. Алина тонула и я был единственным воздухом на земле. Поцелуй был отчаянным, жадным и одновременно невероятно нежным. Она целовала меня и боялась, что этот момент исчезнет навсегда.
Она вроде придя в себя оторвалась от меня,
— Дура, что я делаю – выругала она себя
— Руслан не плохой отец, кормилец семьи, но муж из него никакой. Я, наверное, только один раз нормально с ним занималась сексом, а всё остальное время в течение 10 лет я просто дрочила ему его маленький член. Он был пьян и практически ничего не помнил с утра, — немного разоткровенничалась Алина.
Забросив ногу на ногу, с серьёзным видом она продолжала:
— Если учесть, что я вышла замуж по расчёту, то я просчиталась, — сгрустнула Алина.
Я слушал и держал её за ручку. Её пальцы нежно гладили мою ладонь.
— Я много раз изменяла ему, в основном с приезжими или когда была за рубежом, когда отдыхали.
— И давно ты начала ему изменять? — спросил я.
— Сразу же после свадьбы, — серьёзно сказала она.
— Я люблю большие члены, люблю, когда меня берут силой и трахают как шлюху, — говорила она с возбуждённым взглядом и при этом нежно гладила мою руку.
Я заворожённо слушал её и немного влюблялся в эту шаловливую самку. Она была нежна, красива, соблазнительна, и я понял ту черту, которая манила мужчин. Ранее я говорил, что что-то в ней меня манило и возбуждало. Это была её природная аура шлюхи, самки, шалавы или женственности в кубе.
Случай!!! И тут Остапа понесло...