коснулась моих губ тонким щупальцем – эквивалент поцелуя у её вида – и я провалился в сон, самый глубокий и сладкий за последние месяцы.
Где-то вдали, в каюте Джулии, Алекс прижимался к матери, Фрэнк обнимал их обоих, Лизи посапывала во сне, и все они были счастливы.
А я был счастлив здесь, с Каллиопой, зная, что завтра новый день и новые приключения.
Глава 5. Дикая Охота
«Гермес» нёсся сквозь космос к новой цели – на этот раз не загадочной, а вполне конкретной и очень прибыльной. Мы летели к системе Эпсилон Инди, где на четвёртой планете обитало нечто, за что одна сумасшедшая миллионерша обещала заплатить кучу денег.
– Ты уверена, что это законно? – спросил я, разглядывая голограмму, которую прислала наша заказчица.
Барбара фыркнула, поправляя очки на носу.
– Ник, дорогой, в космосе понятие законности весьма растяжимо. Особенно когда речь идёт о пяти миллионах кредитов.
– Трахозавр, – сказал я, глядя на голограмму существа, которую прислала заказчица. – Его серьёзно назвали трахозавром?
– Учёные шутить не умеют, – усмехнулась Барбара, поправляя очки. – Официальное название – Coitusaurus erectus. Судя по документам, это существо открыли лет двадцать назад. Обитает только на одной планете в этом секторе. Питается местной растительностью, неагрессивен, если его не провоцировать. И обладает уникальной анатомической особенностью.
– Я прочитал описание, – усмехнулся я. – Член, принимающий любую форму. Звучит как что-то из дешёвого порно.
– Из очень дорогого порно, – поправила Барбара. – Наша заказчица готова выложить пять миллионов за живого самца. Говорит, для научных целей.
– Научных, как же, – хмыкнула Джейн, появляясь в дверях кают-компании. – Я изучила её профиль. Эта дама коллекционирует инопланетные виды с необычными репродуктивными органами. У неё целый зверинец. Вот бы побывать там... – Замечталась она.
– И мы поможем ей пополнить коллекцию, – подвёл итог я. – Джейн, у тебя есть план?
– Ещё бы! – её глаза загорелись. – Я уже изучила всё, что известно об этом виде. Самцы реагируют на феромоны самок в период спаривания. Проблема в том, что самки этого вида давно вымерли. Остались только самцы.
– И как же они размножаются? – поинтересовалась Барбара.
– Никак, – пожала плечами Джейн. – Вид обречён на вымирание. Но инстинкт остался. Самец, почуявший феромоны, будет стремиться к источнику. Любому источнику.
– То есть ты хочешь сказать, – медленно произнёс я, – что ты станешь приманкой, намазавшись феромонами, а трахозавр, когда прибежит, попытается тебя...
– Именно, – кивнула Джейн. – И пока он будет пытаться, Михаил вырубит его транквилизатором.
Мы все посмотрели на Михаила, который стоял у стены с обычным каменным лицом.
– Дистанция сто метров, – спокойно сказал он. – Снотворное действует через три секунды. Попадание гарантирую.
– Отлично, – я потёр руки. – Тогда план такой. Высаживаемся завтра на рассвете по местному времени. Джейн – приманка. Михаил – стрелок. Я и Барбара – прикрытие и подстраховка.
– А если что-то пойдёт не так? – спросила Барбара, и в её глазах блеснул знакомый огонёк.
– Тогда будем импровизировать, – усмехнулся я. – Как обычно.
***
Утро на планете встретило нас густыми джунглями и влажным воздухом, который, казалось, можно было резать ножом. Мы высадились в трёх километрах от предполагаемого места обитания трахозавров и двинулись через заросли.
Михаил шёл первым, бесшумно, как призрак, с винтовкой наготове. За ним – Джейн с пузырьком с синтезированными феромонами самки трахозавра. Замыкали мы с Барбарой, прокладывая путь через лианы и папоротники размером с человека.
– Красиво здесь, – заметила Барбара, оглядываясь по сторонам. – Напоминает мне одну планету в секторе Ориона. Я там была лет
Горячая Аравийская штучка