Как только закончу тратить тут время впустую, займусь полезной политической деятельностью. Не смейся, а то как стану президентшей — отомщу.
Аня ударила меня кулаком в плечо.
— Боюсь-боюсь.
— Бойся, я стану президентшей и наведу порядок. Но если ты сейчас поцелуешь мою ногу, я прощу тебе твой смех.
— Поцелую ногу? — удивленно переспросил я.
— Да, ногу, целуй.
Я взглянул на ноги девушки. Она была в платье, и нижняя часть ног была оголена.
— Мне еще долго ждать? — властным тоном сказала она.
Я наклонился и поцеловал ее чуть ниже колена.
— Ниже, — скомандовала Аня.
Я несмело поцеловал ногу чуть ниже.
— Слушай, Ань...
— Слушаю.
— А если ты станешь президентшей, смогу ли я стать мужем президентши?
— Первой леди? — ответила девушка и улыбнулась.
— Ну, в некотором смысле...
— Это ты типа в любви мне признался?
— Ну...
— А ты это серьезно или шутишь?
— Серьезно.
— Докажи.
— Как?
— Поцелуй мою обувь.
— Для чего?
— Я хочу получить доказательство твоей серьезности.
— Я не буду этого делать.
— Ну, значит, ты меня не любишь. Нам, кстати, уже пора идти, — сказала девушка, вставая с кресла.
— Погоди, если ты этого хочешь, я могу это сделать, но только один раз.
— Ну так давай, я жду.
Чтобы выполнить желание Ани, мне пришлось сползти с кресла и встать на колени. Когда я губами коснулся Аниных кроссовок, она неожиданно поставила другую ногу мне на голову.
— Эй, — запротестовал я.
— Не двигайся, — ответила девушка. — Я же не давлю на твою голову. А, между прочим, могу.
Секунд через пятнадцать Аня убрала ногу с моей головы.
— И что это было? — спросил я, поднимаясь.
— Да так, просто.
— Так мы теперь встречаемся? — спросил я, немного помешкав.
— Нет, — сразу ответила девушка.
— Почему? Я же выполнил твою просьбу.
— Да, но разве это какая-то значимая просьба? Разве это что-то серьезное? И вообще, мне надо подумать. Пошли.
Часть 1.2
На следующий день Аня будто забыла о нашем разговоре. Она говорила об учебе, о предстоящей контрольной по аналитической химии и о том, как сильно она ненавидит титриметрический анализ. Я же, наоборот, не мог думать ни о чем другом. Весь завтрак я чувствовал на затылке то легкое, почти невесомое, но такое символичное давление ее кроссовка.
После второй пары, когда коридоры вуза заполнились шумом студентов, девушка вдруг остановилась у окна и, не поворачивая головы ко мне, бросила:
— Знаешь, я думала о твоем предложении.
— И до чего додумалась? — сердце екнуло, а во рту мгновенно пересохло.
— Мой парень должен быть полностью мне верен и предан. Я не могу довериться сразу, я должна проверить твою готовность и способность быть моим парнем.
— И как ты будешь это проверять?
— А тебе всё скажи. После пар снова пойдем в студсовет, там ты сделаешь мне домашку, и мы поговорим.
Остаток учебного дня я провел как в тумане. Лекции по органическому синтезу пролетали мимо ушей, а в голове крутились лишь вариации на тему того, что Аня называет «проверкой». Она же вела себя на удивление естественно: смеялась над шутками одногруппников, что-то активно обсуждала в телефоне и лишь изредка бросала на меня быстрый, оценивающий взгляд, от которого по спине пробегали мурашки.
Когда прозвенел звонок с последней пары, Аня, не спеша, собрала вещи и кивнула мне на дверь.
— Идем? — коротко бросила она.
Мы шли по длинным коридорам корпуса, где запах хлора и реактивов смешивался с ароматом её парфюма. Солнце уже начинало садиться, заливая пустые аудитории теплым золотистым светом. У кабинета студенческого совета было тихо — большинство студентов уже разошлись по общежитиям или кофейням.
Веселый день с тетей.Часть 1