замком и пропустила меня внутрь. В комнате царил приятный полумрак. Она уверенной походкой подошла к своему столу, бросила на него сумку и включила настольную лампу, которая выхватила из темноты лишь небольшой круг рабочего пространства.
— Садись, — она указала на стул рядом со своим. — Тетрадь по аналитике у меня в сумке. Там три задачи на титрование, которые я даже не начинала.
Девушка достала телефон и стала листать рилсы, а я принялся за её вариант домашнего задания. Это не заняло у меня много времени, хотя меня отвлекало и волнение, и звуки видео.
— Готово, — сказал я, протягивая девушке свой черновик.
— Отлично, — довольно безразлично сказала Аня, не отрывая глаз от телефона. — Разуй меня.
Просьба девушки немного смутила меня, но я выполнил её.
— И носки. — Студентка лениво отложила телефон и положила перед собой тетради.
Я стянул с Ани носки, обнажив стопы.
— Пока я буду переписывать твои каракули, ты должен лизать мои ноги.
— Что? — я удивленно поднял голову.
— Ты недослышал? — Аня бросила на меня раздраженный взгляд.
— Да нет...
— Тогда чего ты переспрашиваешь? Давай, лижи.
Я замер на месте, чувствуя, как кровь прилила к лицу. В полумраке студсовета звук её голоса показался мне нереальным, будто это был странный сон, а не реальность. Аня же, напротив, выглядела максимально спокойной. Она уже открыла тетрадь и начала старательно копировать первую задачу, выводя формулы своим аккуратным почерком.
— Ань, это... это уже слишком, — выдавил я из себя, всё ещё сидя у её ног.
Она даже не перестала писать, лишь слегка повела плечом.
— То есть ты больше не хочешь быть моим парнем?
— Да нет, хочу.
— Тогда начинай лизать. Не заставляй меня ждать.
Я смотрел на её стопы, белевшие в свете лампы. В голове бились два чувства: здравый смысл, кричавший о гордости, и какое-то иррациональное, почти болезненное желание подчиниться этой девушке, которая сейчас казалась мне недосягаемой королевой.
Я медленно наклонился ближе. Ощущение было такое, будто я прыгаю в пропасть, но вместо страха пришло странное оцепенение. Когда мои губы и язык впервые коснулись её кожи, Аня лишь едва заметно вздрогнула, но продолжила писать.
— Так-то лучше, — едва слышно прошептала она.
Около двадцати минут девушка переписывала домашку, пока я несмело лизал её ноги. Когда Аня закончила, я продолжил, и она положила мне на голову одну ногу — на этот раз моей головы коснулась не обувь, а голая кожа.
— И вот что, — заговорила девушка, — если ты хочешь быть моим парнем, ты должен пройти четыре испытания.
— Четыре испытания? — удивленно переспросил я, оторвавшись от Аниных ног.
— Ты недослышал или не понял? Ты глухой или тупой?
— Я...
— Что «я»? Мой парень должен быть умным, значит, ты не должен задавать глупых вопросов.
— Я понял. И что это будут за испытания?
— Узнаешь на следующей неделе.
Часть 1.3
Следующие два дня прошли однотипно: после пар мы с Аней шли в помещение студсовета, где я «помогал» ей с лабораторными и домашними заданиями и вылизывал ноги. Из примечательного было только то, что в четверг мне пришлось ждать час, пока закончится заседание членов совета.
В пятницу после пар в студсовет мы с Аней отправились вместе с двумя другими моими одногруппницами — Софией и Викой. Первая девушка была ростом похожа на Аню, вторая — низкая, обе были довольно худыми и темноволосыми.
Эти две девушки были подругами Ани «по цеху» студенческого актива — такие же энергичные и такие же не обремененные любовью к химии, так что девушки дружили втроем, несмотря на ощутимую социальную разницу между ними.
СЛУЧАЙНЫЙ ПОПУТЧИК