какой сейчас урок — последней точно была химия, но сейчас вроде бы ещё рано?
Она осторожно шла по коридору, оглядываясь, когда дверь одного из вроде бы пустых кабинетов внезапно приоткрылась с тихим скрипом. Джордан вздрогнула, обернувшись к звуку — и увидела знакомую фигуру в полумраке класса.
— Джей! Сюда!
Дверь скрипнула чуть шире, и Джордан увидела знакомый силуэт в щели — Тоня стояла, и махала ей рукой. Свет из коридора выхватил её лицо: подруга была бледна, её глаза покраснели, а под правым глазом жирными чёрными буквами было выведено «ШЛЮХА». Тоня потянулась обнять подругу, но Джордан мягко отстранилась.
— Не надо. Я вся в... — Джордан неловко пожала плечами.
Тоя понимающе кивнула.
— Конечно. А я тут прячусь... ото всех. Урок отменили. У учителей какое-то экстренное собрание. Джей, ты как? Выглядишь ужасно.
Джордан задумалась. Она закрыла глаза, представив, как дверь класса сейчас распахивается, и входят трое, четверо, пятеро парней с уже расстёгнутыми ширинками. Их руки хватают её за бёдра, за волосы, прижимают к столу...
— Я в порядке. Честно, — пробормотала она, чуть покраснев. Она легонько прикоснулась к надписи на лице Тони. — А с тобой что случилось?
— Челси, что ещё? — Тоня скривила губы в пародии на улыбку, обнажая плечо, где чернела другая надпись: «ЛЕСБИЯНКА - ПИЗДОЛИЗКА». — Она устроила целое шоу в женском туалете после того, как я... — голос Тони сорвался, она резко отвернулась к окну, — как я отсосала Стэну утром.
Тоня присела на край стола и вздохнула.
— Они... они заставили меня отлизать им всем. И киски и... по другому. Челси, Эмбер... — она поёжилась. — Привязали меня к трубе. Совали в меня всякое. Снимали всё, куда без этого. Видео уже в сети, в школьной группе, везде.
Она вдруг издала нервный смешок.
— И знаешь что самое смешное? Она кончила. Без шуток. Когда Челси села мне на лицо и я начала лизать, как меня Вейл учила... — Тоня повесила голову. — Может, я и правда лесбиянка? Меня не тошнило, я правда старалась хорошо отлизать ей. Да и ты тоже вчера, ну ты помнишь...
Джордан зарделась. Она вспомнила вчерашний вечер у неё к комнате. Слова застряли у неё в горле, слишком личные, слишком откровенные.
— Ты... ты действительно хорошо лижешь, — её голос звучал странно, будто чужой. — Я имею в виду, очень хорошо.
— Ну спасибо. — Тоня коротко рассмеялась, но Джордан покачала головой и села рядом с подругой.
— Я думаю, у тебя это хорошо получается, потому что тело привыкает, — Джордан осторожно подбирала слова, чувствуя, как её щёки горят. Она не могла смотреть Тоне в глаза. — Это как... компенсация. Тело учится существовать в невозможных условиях.
Джордан замолчала на мгновение. Она чувствовала, как внутри всё ещё пульсирует, будто кто-то водит пальцем по свежему ожогу.
— На этой перемене меня, наверное, поимело человек десять. — Джордан неожиданно рассмеялась, скрестив голые ноги на холодном краю стола. Лёгкая дрожь в бёдрах выдавала её. — А может, и двадцать. Потеряла счёт. И знаешь что?
— Я кончила под ними, — прошептала Джордан, внезапно ощутив комок в горле. — И не один раз. Снова и снова, пока не отключилась. Я никогда такого не испытывала. Даже не думала, что это возможно.
Тоня недоверчиво посмотрела на подругу.
— Ты же не серьёзно, — не согласилась она, но Джордан лишь пожала плечами, глядя куда-то в пространство между своими голыми ногами.
— Можешь найти видео, если не веришь. Они тоже снимали. Я была уже не я, — Джордан задумчиво поболтала ногами. — Я стала... дырой.
Когда родители были на даче