Я — Ирина. Мне тридцать шесть. Бухгалтер. Обычная женщина, каких много. Не худая, не стройная — полного телосложения. У меня большая попа, которой я стеснялась в молодости, а теперь как-то привыкла. Грудь третьего размера. Животик есть — не большой, но и не плоский. Бёдра широкие. Короче, обычная баба. Нечего особенного, но мужики смотрят. Я это чувствую.
Мы с Лёшей — не обычная пара. Мы — сексвайф и куколд. Это значит, что я могу встречаться с кем хочу, когда хочу и как хочу. А он смотрит. Или не смотрит — как ему больше нравится. Но он всегда знает. Я ему рассказываю. Иногда показываю фотоотчёт и видео. Это его заводит.
К такому мы пришли не сразу. Всё началось лет пять назад, когда я впервые изменила ему с незнакомыми мужчинами в поезде. Я тогда напилась, было весело, а наутро меня разрывало от стыда. Думала, будет скандал, развод, слёзы. А он... он завёлся, его это возбуждало. Спросил, как это было, что я чувствовала, как они меня трахали.
Так мы и втянулись. Сначала он просто смотрел. Потом начал помогать — держал меня за руки, когда меня долбили сзади. Потом вылизывал меня после чужих мужиков. Говорил, что хочет чувствовать их вкус во мне. Я сначала стеснялась, потом привыкла. А потом поняла, что мне это нравится. Нравится, когда меня хотят. Нравится, когда я — центр мужского внимания. Нравится, когда мой муж гордится мной.
Лёша — строитель, бригадир. Ему тридцать восемь, высокий, плечистый, с вечно уставшими глазами. Но сильный, надёжный. Вместе тринадцать лет, женаты одиннадцать. Детей нет — не получилось. Вот и вся семья.
В последнее время мы оба зашиваемся. У меня на работе аврал. Лёшу перевели на три месяца в Дмитровский район — строить жилой комплекс. Встаёт в пять утра, возвращается в двенадцать ночи. Я его почти не вижу. А дома ещё этот дурацкий ремонт. Стены, потолки, полы, цементная пыль везде, мебель в плёнке. По вечерам, если Лёша приезжает пораньше, мы до ночи шпаклюем, шкурим, красим.
А на выходных — «Лемана Про». Бесконечные ряды с красками, обоями, плинтусами и т.п., всякие стройматериалы. Мы бродили по этим коридорам, выбирая смесители и лампочки.
— Ир, не отставай, — крикнул Лёша из отдела сантехники.
— Иду, — буркнула я, поправляя лифчик. Грудь, и без того пышная, сейчас казалась мне единственным напоминанием о том, что я — женщина.
Между делом мы ездили смотреть дома в Подмосковье. Хотели продать квартиру, купить дом — чтобы тишина, чтобы земля, чтобы собаку завести. Но дома не нравились. То тесно, то дорого, то соседи близко, то лес далеко. Мы уставали, злились, ссорились по пустякам.
Секса давно не было. Месяц. Может, больше. Я уже перестала считать. Моя пизда просто ныла по ночам. Просыпалась, трогала себя пальцами, представляла чужих мужчин. Грубых, сильных, которые не будут церемониться.
В ту субботу мы наконец-то выдохнули. Лёша приехал пораньше — ещё не стемнело. Я сходила в магазин, купила стейк, овощи для салата, зелень. И бутылку красного вина.
На кухне я нарезала помидоры с огурцами, Лёша разогрел сковородку и закинул стейк. Запахло мясом, чесноком, чем-то домашним и уютным, чего давно уже не было.
Я зажгла свечи — маленькие, которые купила ещё год назад и всё забывала достать. Поставила тарелки, бокалы. Достала розетку для соуса.
— Ир, ты сегодня прямо праздник устроила, — заметил Лёша, переворачивая стейк.
— Надоело жрать пельмени на стройке, — я усмехнулась. — Хочется нормальной жизни.
Мы сели за стол. Открыли вино. Стейк получился сочный, с кровью, как я люблю. Овощи хрустели.
Дон