день рождения, я попрошу свою шлюшку присоединиться к нам».
У обоих глаза на лоб полезли. Уверен, что у всех, кто подслушивал за соседними столиками, была похожая реакция. Мама только ухмыльнулась и кивнула, поняв, что происходит.
Джен выжидающе посмотрела на мужа. Я наклонилась и прошептала ей на ушко.
«Если он заплатит вдвое, я позволю ему прийти и посмотреть...»
Она вздрогнула и покраснела так, что я подумала, она может вспыхнуть на месте. Она потянулась и сжала его руку. «Лен, заплати ей вдвое, и ты будешь зрителем».
Старина Лен выглядел так, словно умер и попал на небеса. Не торопись, приятель. Просто подожди несколько минут. Я взяла его жену за руку и помогла подняться, после чего отвела в отдельную комнату в задней части здания. Лен последовал за нами, а мама замыкала шествие, игриво похлопывая Лена по заду, чтобы поторопить его. К счастью, она не забыла захватить с собой нашу одежду.
Как я уже говорила ранее, отдельных комнат было немного. Я выбрала третью комнату, поскольку менеджер упомянул о сломанной камере. Там был неплохой диван и несколько стульев, без сомнения, предназначенных для танцоров. Звуковая система передавала музыку из главной комнаты на приемлемой громкости, хотя и не с идеальной четкостью. Этого было достаточно, мы с мамой смогли бы поддерживать ритм.
— Итак, - сказал я, усаживая ее на диван и позволяя Лену присоединиться к ней. - У именинницы будет две песни, справедливо?
Джен почти незаметно кивнула, и началась следующая песня. Мы с мамой прижались друг к другу, прижались грудями и соприкоснулись животами, глядя на эту пару сверху вниз. Мы покачивались взад-вперед, целуя соски, прежде чем повернуться и чувственно потереться задницами. Пара просто сидела, завороженно наблюдая за нами. Джен потянулась и сжала руку мужа, продолжая сжимать колени вместе. Тот факт, что она была в юбке, навел меня на шальную мысль.
Я взяла маму за руку и повернула ее так, что она легко уселась на колени Джен, лицом к себе. Она начала медленно раскачиваться, откидывая руку назад и поглаживая волосы женщины. Джен, казалось, была почти парализована этим зрелищем, но мы еще не закончили. Я могла видеть явную выпуклость в штанах муженька, что облегчало бы задачу.
Пока мама возилась с Джен, я оседлала колени Лена, обхватив его руками за плечи, и извивалась на нем, прижимаясь киской к его джинсам. Одна моя нога была заведена за спину, вдоль его бедра, в то время как колено моей согнутой ноги было прижато к его бедру. Мои груди были прижаты к его груди, и я медленно покачивалась, прижимаясь к нему бедрами. Наши глаза встретились. Лен выглядел так, словно был готов упасть в обморок.
Я подмигнула маме, мы встали и плавно поменялись местами. Теперь я сидела верхом на Джен и по-настоящему прижималась к ней - я задрала ее юбку достаточно высоко, чтобы были видны трусики. Наклонившись к ней, я усадила ее на подушку, и она затаила дыхание. Моя киска коснулась ее трусиков, я начала извиваться, дрожа от покалывания, которое вызвало во мне это ощущение.
Мама точно так же оседлала Лена и толкнула его дальше по дивану. Меня взволновала мысль, что она уже поняла, что я задумала! Она прижалась грудью к его лицу, просунула руку и расстегнула его ремень. Через несколько секунд она уже гладила его член.
Тем временем я посмотрела вниз на лицо Джен. Она широко распахнула глаза, наши киски терлись друг о друга, разделенные лишь все более влажной тканью ее трусиков. Я поднесла ее руки к своим грудям и позволила ей сжать их. Она застонала от удовольствия.
Десять писем. Часть IV. Письмо десятое