Вода была ледяной, а очередь — длинной, что только добавило ей раздражения. Кое-как оттерев жир, она двинулась обратно в лагерь, и тут ей наперерез выскочил какой-то тип.
Это был долговязый парень с нелепой козлиной бородкой и заметно оттопыренными ушами. Он так бесцеремонно преградил ей путь, что Марта едва не выронила чистую тарелку.
— Опа, какая малышка и одна! — заржал он, обдавая её несвежим дыханием. — Я Леха. А ты чего такая хмурая? Го затусим, последний день же фестиваля, надо напоследок отрываться так, чтоб взрыв мозга был!
Леха окинул её липким взглядом, задержавшись на вырезе топа
— Послушай, Леха, — Марта смерила его презрительным взглядом, несмотря на то, что он был выше. — Отойди в сторону. У меня парень есть, так что катись лесом, пока он тебе уши не выпровил.
— Да ладно тебе, не строй из себя недотрогу, я ж вижу — скучаешь, — Леха не унимался, криво ухмыляясь и делая шаг в её личное пространство.
Он бесцеремонно протянул руки и, прежде чем Марта успела среагировать, его ладони по-хозяйски сжали её ягодицы поверх тонких шаровар.
— Ты чего ерепенишься? — прошипел он ей в лицо, игнорируя попытку оттолкнуть его. — Знаю я таких давалок: гонора выше крыши, а стоит силу приложить — так сразу ноги в разные стороны и и только слышно о, Лешенька.
Марта, задохнувшись от возмущения и гадливости, со всей силы влепила ему пощечину. Звонкий удар на мгновение заставил Леху замолкнуть, он лишь потер горящую щеку и злобно прищурился.
— Ух ты, кусачая... — Леха процедил это сквозь зубы, потирая горящую щеку. — Ну и вали к своему бородатому, если думаешь, что ты ему одна нужна. Только зря стараешься.
Он сделал шаг назад, злобно прищурившись на Марту, которая все еще сжимала в руках помытую тарелку.
— Твой парень в косухе уже давно нашел себе кобылку поинтереснее. Я его видел, он в сторону подлеска ушел с одной сочной блондинкой. И по виду — явно не грибочки они там собирать собрались.
Марта почувствовала, как внутри всё похолодело. Она хотела было что-то выкрикнуть вслед, но Леха, издевательски подмигнув, пошел дальше, не оборачиваясь.
Она осталась стоять одна, чувствуя, как дрожат колени. И выкинув посуда она побежала в ту сторону которую указал этот мудак...
***
— Это было легендарно! — хохотала Соня, когда они, взмокшие и счастливые, выбрались из толпы после окончания концерта. — Ты видел её лицо? Очки на нос сползли, челюсть на земле! Ты просто офигенный, Гош. Именно так с ней и надо было.
Они решили не спешить в лагерь. Пока основная масса народа растекалась из фан-зоны, Гоша и Соня пристроились на краю поля с парой бутылок пива. Ночной воздух бодрил, а внутри у Гоши всё пело.
— Знаешь, — тихо сказал он, глядя на звезды. — Я три года думал, что она «та самая» и без неё я пропаду. А сейчас чувствую... да рок-н-ролл я чувствую, Соня! У меня новая жизнь.
— Вот это правильный настрой, — она легонько толкнула его плечом.
Повернувшись к ней и поддавшись импульсу, Гоша притянул Соню к себе и поцеловал в губы. Она ответила — сначала удивленно, потом мягко и уверенно.
— Воу, — Соня чуть отстранилась, её щеки в темноте горели румянцем. — Ты это... мне тоже понравился, ковбой. Но давай без спешки, ладно?
— Да, конечно, извини... — Гоша неловко улыбнулся, чувствуя, как внутри всё ещё бурлит адреналин вперемешку с непривычной нежностью. — Просто... ты первая, кто за долгое время заставил меня поверить, что я вообще на что-то способен.
Автопортрет