— Нет, я имел в виду нас. Зачем было встречаться со мной, переезжать сюда, позволять мне влюбиться в тебя, если это ничего не значило. Зачем ты это делала?
— Кто сказал, что наши отношения ничего не значили для меня? Я наслаждалась каждым днем, проведенным с тобой. Некоторые из нас могут отделить карьеру от отношений, ты же знаешь.
— Ты хочешь сказать, что занималась сексом с четырьмя другими парнями, на которых работала, и наслаждалась отношениями со мной? Ты серьезно называешь своей карьерой то, что ты делаешь за спиной у любящего тебя человека?
— Да. Не у всех из нас такой наивный взгляд на мир, Фил. Я помню, как говорила тебе, что если ты не можешь соответствовать здешним правилам игры, тебе следует вернуться в Денвер.
— Да, возможно, ты была права с самого начала. Я бы ни за что не стал так изводить себя, подобно тебе, просто чтобы заработать еще несколько долларов, это уж точно.
И снова я вижу, как Симоне хочется отпустить в мой адрес обидный комментарий, но она снова смягчается и только глубоко вздыхает.
— Просто уходи, Фил. Пожалуйста. Никому из нас не нужно рвать душу, тебе от этого не станет легче.
— Хорошо, я дам тебе закончить свои сборы. Только сначала скажи мне честно, ты когда-нибудь по-настоящему любила меня, или для тебя все это было просто игрой?
— Я любила тебя и сейчас продолжаю любить. И знаю, как сильно это ранит тебя, и мне искренне жаль. И вообще не хотела, чтобы тебе пришлось проходить через все это, но я уже начала свой путь до того, как мы с тобой встретились.
— Тогда почему ты влюбилась в меня?
— Почему восходит солнце? Есть вещи, которые ты просто не можешь контролировать. Мне жаль, что я не смогла соответствовать тому, какой ты хотел меня видеть, вот и все.
С этими ее словами я повернулся и вышел из спальни, решив подождать на террасе нашего старого многоквартирного дома. Там была старая скамья, где можно посидеть и полюбоваться видом на Манхэттен. Не так давно мы сидели здесь вдвоем, болтая и прижимаясь друг к другу. Сегодня вечером я просто буду наслаждаться видом в одиночестве.
Сидя здесь, на крыше, я мог поразмыслить о том, что я хочу делать дальше. Смогу ли я остаться работать в своей юридической фирме, когда все будут знать, что произошло, и чем занималась моя девушка? Смогу ли я смирить свою гордость настолько, чтобы продолжать сражаться и, надеюсь, однажды стать младшим партнером, как обещал Гарри, чтобы я был готов сделать все для достижения этой цели в будущем?
Нет, я, если быть честным с собой, - я не смогу стать одним из них. Это не мое. Каждый день знаю, что другие сотрудники шепчутся обо мне за моей спиной. Я итак уже пережил больше, чем когда-либо желал для себя, и больше такого дерьма не хочу. Скорее всего, Симона права, и я не подхожу для этого места, для таких игр. Кажется, что здесь у всех полное отсутствие морали и честности, они с радостью готовы продать себя и всех вокруг, если это поможет им продвинуться вперед.
Черт возьми, это не про меня.
Я возвращаюсь домой, в Денвер. Не поджав хвост, а с высоко поднятой головой. Что я не готов продать свою душу дьяволу и не готов жертвовать своим честным именем или будущим.
Даже после всего, что сделала со мной Симона, я знаю, что все равно буду скучать по ней
Сделай мне приятно