потом писать отчёты, почему эти солдаты не возвращаются с операций оказывается слишком накладно. Но капитан не понимает ещё одну вещь.
—Какую? — спросил Рей Герреро.
—Он верит в то, что его обязанность — поддерживать закон и порядок. Для этого нужно отобрать у людей оружие, создать профессиональную полицию и таким образом загнать деревенщину под пяту закона, — пояснил я.— Но он не понимает, откуда этот закон взялся и почему законом стал.
—Ну, законы пишут политики в Шейди Сендс, — заметил Рей Герреро.
—Верно? Но что даёт право этим самым политикам писать эти самые законы? —спросил я.—Не выбор ли народа, который проголосовал за этих политиков и делегировал им это право? Если это так, то вполне правильно, что народ поддерживает выполнение этих законов. И если они соответствуют его традиционным ценностям. А если это не так, то народ просто не содействует тем, кто пытается эти законы энфорсить. И имеем то, что имеем здесь на перевале Каджон.
—Я всю эту х..ю не понимаю, —ответил Рей Герреро. —Я вообще вне политики. Даже ни разу не голосовал. Во время выборов меня никогда нет по месту моего жительства, т.к. деньги зарабатывать надо, а в других местах не проголосуешь.
—Это тоже неплохая позиция, пока другие это всё делают за вас, — сказал я.— Проводят тех политиков, которые обеспечивают вам работу. Ведь именно политики ответственны за войны.
—Хорошо, а что на счёт рабства у рейдеров? — спросила Джейми.
—Я считаю эту практику злом, но дело в том, что капитан неправ, что это решать политикам в Шейди Сендс, что с этим делать. Рабство — это последствия войны. В НКР формально его нет, и мы видели, что происходит с пленными рейдерами. И я не знаю, какое зло большее, — ответил я.— А вообще действительно было бы неплохо, чтобы здесь воцарился мир. Тогда действительно можно было бы стать, к примеру, охранником каравана. Потому что обычные дорожный бандитизм вряд ли куда-то денется. Только вот многое упирается в цену вопроса.
—А в чём разница? — спросил Рей Герреро. — Между рейдерами и дорожными бандитами.
—В том, что дорожные бандиты занимаются только грабежом на дорогах, — ответил я.— А у Выживальщиков есть собственное хозяйство. Они выращивают еду, добывают уран, ведут торговлю. Более того, не удивлюсь, если больше 20 лет назад караваны от них вели торговлю с Бониярдом или Хабом. Ну, до того, как началась эта война. Ведь так легко объявить их рейдерами и на этом основании попробовать отхватить их шахту. А действие рождает противодействие.
—Да ты, я вижу, мечтатель, — сказал Рей Герреро.
—Да, у меня есть мечта. Давайте выпьем за скорейший мир, — ответил я и поднял стопку с сансет саспариллой, а все остальные присоединились.
—Рей, в гостинице остались свободные места? — спросила Киша, поставив стопку на стол.
—Не знаю, — ответил он.
—А что разве вы не живёте в гостинице? — спросила Дженн.
—Мы прибыли сегодня и думали, что займёмся каким-нибудь делом, а потому и не успели заселиться, — ответила Киша.
—Так, у нас есть комната с двухъярусной кроватью. Если хотите, можете переночевать в нашем доме, — сказала Дженн. — Это всё, что мы можем предложить.
—Спасибо, это было бы неплохо, — ответила Киша.
—А у меня ещё оплачена кровать в гостинице, — сказал Рей Герреро.
—Ладно, тогда всем доброй ночи. Мы выдвигаемся утром в 9 утра. Не опаздывать, —сказал я и все, кроме Киши и Могуи покинули наш дом. Вообще-то, для меня было сюрпризом, что Дженн предложила им переночевать у нас, но это и её дом и она тут в своём праве. Дженн
Трое