домашнюю обувь, штаны и майку. Это была красивая женщина, старше меня на двадцать лет. Особенно она запомнилась мне, когда мы работали вместе, рекламируя нижнее бельё. Из за её красивой груди и широких бёдер в кружевных трусиках меня отправили принимать холодный душ в тот раз, что помогло только после снятия напряжения привычным способом в туалете.
Фотограф делал снимки как одетая женщина мастурбирует голому Ивану. Вскоре тот кончил себе на живот. Его отправили в душ. Ева тоже ушла мыть руки.
Настала моя очередь. Я и три молодые девушки собрались около одного стола. Они изображали студенток медиков. У одной была в руках аптечка, вторая надела стетоскоп, третья делала записи в тетрадь. Фотограф сказал мне думать о чем-нибудь грустном и отворачиваться, пряча взгляд. По сюжету меня заставляли играть в пациента, принуждая против воли. Я лёг на стол и меня раздели девушки для осмотра. Оттопыривающиеся бугром трусы сначала оставили, но когда сделали повязку из бинта на голове, приклеили на руки и ноги пластыри, послушали дыхание и приступили к осмотру самой интересной части тела, стянув с меня последний предмет одежды. Девушки чрезвычайно обрадовались моей маленькой эрекции, а я правдоподобно краснел от стыда. Одна из них принялась мне дрочить и я не смог долго продержаться испачкав спермой свой безволосый лобок и её руку.
Меня отправили принимать душ и переодеваться. Из всей одежды выдали только простые белые трусы, классическое мужское хлопковое нижнее бельё. Я догадывался, что опять надо раздеваться, и на этот раз не собираются фотографировать как с меня снимают одежду.
Как я и думал в студии опять снимали почти голого Ивана со спущенными трусами в необычной обстановки. На его руках были надеты наручники. Он стоял на коленях и лежал плечами на диване, голой попой к фотографу. Рядом стояла одетая в домашний халат Ева. Сбоку можно было заметить, что его член находится в сильной эрекции, хотя на этот раз ему никто не дрочил. Даже наоборот, в руке Ева держала деревянную лопатку, которой несильно шлёпала по попе Ивана. Ягодицы парня окрасились в яркий красный свет.
Мне сказали повернуться спиной и сзади тоже надели наручники. Я испугался, однако продолжал подчиняться, делая свою работу. Меня поставили на колени и плечи на диван вместо Ивана. Парень лежал на диване, оставаясь в кадре красной попой кверху, с облегчением отдыхая.
Когда я принял требуемую позу, Ева стянула мои трусы вниз. Я напрягся, но это не помогло смягчить удар лопаткой по моей голой заднице. Я сжал зубы, чтобы не закричать, предполагалось, что мы играем роли, и меня не бьют по настоящему. Видимо Еве нравилась власть. Через сжатые зубы я всё-таки немного стонал носом и не сумел сдержать слёзы. После нескольких ударов по заднице меня перестали бить. Попа горела огнём, её снимал сзади фотограф. Мне казалось мой зад ещё более красный, чем попа Ивана, который лежал перед моим лицом. Вопреки моим ожиданиям от экзекуции у меня мощно встал мой небольшой член и опять сильно захотелось кончить. Ева отлично это видела. Она села на диван а мне сказали стать справа от неё. Ивану сказали встать слева от Евы. Мы подошли ближе так, чтобы женщина могла одновременно мастурбировать обоим. Иван находился так близко, что если бы я сделал ещё пол шага, наши стоящие члены в руках у Евы могли бы коснуться. Он отвернулся, чтобы не смотреть мне в упор в лицо, и я последовал его примеру. Рука женщины умело доставляла мне удовольствие. Меня возбуждала мысль, что нас сейчас сначала больно наказали а потом сексуально
Подруги