Он помолчал ещё несколько секунд, словно борясь с самим собой. Потом тяжело выдохнул и сказал:
— Ладно. Чёрт с тобой. Раз пришла второй раз и так сильно хочешь - я согласен. Сегодня в пять вечера. Сюда же. Придёшь чистая, в юбке, без колготок. И если хоть одна живая душа узнает — я тебя уничтожу. Ясно?
— Да, Сергей Михайлович. Я всё поняла.
— Иди. И не опаздывай.
Я вышла из аудитории, ноги подкашивались. Коридор закружился: радость, страх, возбуждение. 'Он согласился! - ликовала я. - Но что если передумает? Или это шутка? А вдруг он слишком грубый?' Весь день прошел в тумане. Сергей Михайлович - старик, наверное, неуклюжий в постели, член вялый, секс скучный, как механика. Я не рассчитывала на удовольствие: просто сделаю, что нужно, получу пятерку и забуду. Но внутри теплилась интрига - а вдруг что-то интересное?
Часы тянулись. Пол пятого я зашла в туалет, поправила макияж - помада, тушь, чтобы выглядеть соблазнительно. Юбку подогнала короче, блузку расстегнула на одну пуговицу лишнюю. В пять постучала в дверь аудитории. Руки дрожали. Он открыл, впустил, сразу запер на ключ. Опустил жалюзи - свет из окна стал тусклым, полумрак. Аудитория казалась интимной.
— Ты уверена, Надя? - спросил он тихо, подходя ближе. От него пахло одеколоном 'Шипр' и табаком.
— Да, - солгала я, хотя внутри все сжималось. - За пятерку стоит.
Он взял меня за руку - ладонь теплая, мозолистая. Повел к учительскому столу, усадил на край. Наклонился, поцеловал - сначала осторожно, губы сухие, но потом настойчивее, язык скользнул в рот. Я ответила, обняла за шею. Его руки пошли по блузке, расстегнули пуговицы одну за другой. Грудь вывалилась - я не надела лифчик, соски уже твердые от нервов. Он сжал их пальцами, потянул, и я невольно застонала. Ощущение было острым, как ток.
— Красивая, - прошептал он, целуя шею. — Молодая, упругая.
Я стянула блузку, юбку. Простые белые трусики скинула следом. Стояла голая, кожа покрылась мурашками в прохладе аудитории. Он смотрел жадно, расстегивая свой костюм. Рубашка открыла грудь, крепкую, с седыми волосами. Штаны спустились, и член вырвался: твердый, венозный, сантиметров двадцать, головка набухшая. Член уже был возбужденный, готовый.
— Ложись на стол, - сказал он хрипло.
Я легла на спину, ноги раздвинула. Он встал между бедер, наклонился. Его рот коснулся киски - язык теплый, влажный. Лизнул по губам, потом по клитору кругами. Я ахнула, схватила его за голову. 'Боже, он умеет!' - пронеслось в мыслях. Он всасывал губами, проникал языком внутрь, где я уже текла. Волны удовольствия накатывали, бедра дрожали. Я не ожидала - думала, будет сухо, а тут чистый экстаз. Интрига сменилась шоком: тело горело, соски стояли от возбуждения.
— Вкусно? - выдохнула я, извиваясь.
— Как нектар, милая. Сладкая, мокрая, - буркнул он, впиваясь глубже. Пальцы раздвинули губы, язык творил чудеса.
Я кончила первой - оргазм взорвался, тело выгнулось, киска запульсировала. Кричала тихо, чтобы не услышали в коридоре. Он встал, вытер рот. Он достал презерватив и надел на свой член.
— Теперь я войду в тебя, - сказал он надевая презерватив.
Вошел одним толчком, толстый член растянул мои стенки. Боль смешалась с кайфом, я закусила кулак. Он трахал ритмично, держа за бедра, стол скрипел под нами. Шлепки тел эхом по пустой аудитории, его яйца бились о мою задницу. Пот капал с его лба на мою грудь. Я обхватила его ногами, царапая спину ногтями.
— Да, сильнее! Глубже! - заорала я, забыв о стыде.
Он ускорился, вбиваясь как поршень. Руки сжали соски, губы впились в рот. Я чувствовала каждый
Я, пес, и какой-то мужик