Даша ехала в городском автобусе, привалившись головой к прохладному стеклу. Она была одета в лёгкое летнее платье на бретельках и босоножки на платформе. Было душное, жаркое лето, один из тех нещадных дней, когда жара заставляла мечтать о том, чтобы поскорее пришел октябрь и принёс дожди. Которые, конечно же, будут противными и досадными, но сейчас были бы весьма кстати. Ей предстояло ехать больше часа, а она как на зло забыла наушники, потому приходилось слушать гудение мотора, болтовню женщины сзади по телефону и прочие посторонние звуки.
Напротив сидела бабушка, которая уставилась на Дашу отрешенным, стеклянным взглядом, словно смотрела сквозь, находясь в своих мыслях. Рядом с нею сидела какая-то молодая девушка в лёгких летних джинсах и белом топике. Вдруг её нос уловил странный запах. У кого-то был очень необычный аромат. Какие-то дикие, бесцеремонные ноты сандала, даже чем-то напоминало ладан. Она стала искать взглядом источник этого аромата, который неожиданно показался ей приятным и даже немного эротичным.
Тогда она и встретилась с ним взглядом. Молодой парень, высокий, стройный, с простой и строгой стрижкой, жгучий брюнет. Он смотрел на неё темными глазами, и они казались какими-то бездонными колодцами, которые таили необъяснимую притягательность. Говорят, у психологов даже термин есть такой – мортидо. Притягательность смертельно опасного. Так манит край крыши, когда к ней подходишь, и зачарованно смотришь вниз, думая о нескольких секундах полёта, которые ждут тебя за краем.
...Она не могла пошевелиться, все её конечности были надежно зафиксированы, удавалось лишь беспомощно подёргиваться, делая только хуже, потому что от этой возни вставленные в её киску и попу устройства только раздражали нервные окончания еще больше, заставляя тело постепенно поддаваться. Уже сладко ныл низ живота, реагируя на вибрации снаружи и внутри. Даже обычные вдохи словно раздували костёр, разгоняя нежеланное, неуместное удовольствие. Шарик во рту уже успел промокнуть от её слюней.
Она оказалась в какой-то слабо освещенной и очень большой комнате, её края терялись во мраке и не были видны. Затем она опять увидела его. Того самого парня из автобуса, который появился в поле зрения, он ехидно улыбнулся, осматривая её тело, и сказал ей:
— Ну привет. Давай поиграемся немного.
Даша стала бешено крутить глазами, чтобы хоть немного осмотреть обстановку. Было достаточно тепло, она была раздета и привязана к крестообразному вертикальному станку. Немного пошевелившись, она ощутила, как ее кожа уже успела прилипнуть к синтетической коже покрытия этого агрегата.
Он приблизился к ней, и принялся гладить её кожу. Сначала нежно и аккуратно, проходясь по коже лишь кончиками пальцев. Затем он принялся её щекотать, при этом то включая, то выключая вставленные в неё вибраторы с помощью небольшого пульта управления. Она больше не могла контролировать своё поведение, и стала гомерически хохотать от щекотки, наполняя весь просторный зал криками, которые с воодушевлением разносило эхо. Затем, когда щекотка прекращалась, и начиналась стимуляция вибраторами, крики смещались по тональности в сторону стонов, становились томными. Но он очень хорошо ощущал, когда она приближалась к оргазму, и безжалостно разрушал его. Выключал вибраторы и принимался щекотать, чтобы вместо нормального, привычного пика наслаждения она получила что-то истерическое, и сама до конца не отдавала себе отчет, был это оргазм или просто до одури щекотно.
Спустя некоторое время Даша уже издавала какие-то дикие, животные завывания, которые трудно было идентифицировать: это вопли, стоны, плач? Всё её тело уже изнемогало от перегруза сенсорных впечатлений. Ей уже было плевать, что изо рта неконтролируемо стекают слюни, пузырясь вокруг пластикового шарика, что по ногам стекали её соки. Тем временем его пальцы продолжали находить на её теле чувствительные места,
Армейский товарищ,я и моя жена Ольга.(1 часть)