Маша (останавливается на пороге, оборачивается к нему. В её взгляде – вызов и покорность одновременно):
– Я готова, уважаемый Рашид Исмаилович. Что вы хотите, чтобы я для вас сделала?
Рашид Исмаилович (подходит вплотную, проводит рукой по её плечу, затем резко притягивает к себе):
– О, девочка... ты даже не представляешь, как долго я этого ждал.
Маша не сопротивляется, но внутри неё всё сжимается от неприязни. Она чувствует тепло его массивного тела, запах пота, смешанный с тяжёлым ароматом одеколона. Её ноздри невольно сжимаются, но она заставляет себя не отстраняться.
Маша (про себя, с внутренней дрожью): «Как же неприятно... Его жирное тело, этот запах... Но я должна. Ради Сергея Сергеевича. Его воля – мой закон».
Он начинает ласкать её – его руки, влажные и горячие, скользят по её спине, талии, бёдрам. Каждое прикосновение вызывает у Маши волну отвращения, она едва сдерживает дрожь. Она смотрит в сторону, стараясь отстраниться мысленно.
Маша (внутренний монолог): «Я не здесь. Я далеко. Это не со мной. Я – инструмент. Я делаю это ради него... ради Сергея Сергеевича».
Постепенно что‑то меняется. Отвращение не исчезает полностью, но к нему примешивается странное возбуждение – не от Рашида Исмаиловича, а от осознания собственной покорности, от мысли, что она выполняет волю Сергея Сергеевича. Её дыхание учащается, пульс ускоряется. Она чувствует, как теплеет кожа в местах его прикосновений.
Маша (мысленно, с удивлением): «Что происходит? Почему... почему мне становится жарко? Почему внутри всё трепещет? Это не он... это я сама. Я подчиняюсь, и в этом – моё возбуждение».
Её тело начинает реагировать вопреки первоначальному отвращению. Мышцы непроизвольно сокращаются, дыхание сбивается, по телу разливается волна тепла. Маша ощущает, как где‑то внизу живота нарастает напряжение – оно растёт, пульсирует, требует разрядки.
Внезапно всё вокруг будто размывается. Маша чувствует, как её охватывает волна наслаждения – мощная, всепоглощающая. Она не может сдержать тихий стон, её пальцы впиваются в плечи Рашида Исмаиловича. Тело содрогается в ритме, который она не контролирует, мышцы пульсируют, дыхание прерывается.
Маша (про себя, изумлённо и восторженно): «Это... это происходит? Я... я чувствую это? Не может быть... Но это так сильно... так невероятно...».
Волна оргазма накрывает её целиком. По телу разливается тепло до кончиков пальцев. Мир вокруг теряет чёткость, остаётся только ощущение экстаза – чистого и ошеломляющего. На мгновение Маша забывает и о Рашиде Исмаиловиче, и о Сергее Сергеевиче, и обо всех правилах игры. Есть только она и это невероятное чувство блаженства.
Рашид Исмаилович (возбуждённо, прерывисто):
– Да, Маша... вот так. Ты просто волшебна!
Маша (тихо, но с новой интонацией в голосе, всё ещё приходя в себя):
– Я рада, что вам нравится, уважаемый Рашид Исмаилович.
Её голос звучит мягче, в нём появляется едва уловимая теплота. Она больше не просто терпит – она участвовала, она испытала нечто настоящее.
Время тянется медленно. Рашид Исмаилович всё сильнее возбуждается, его движения становятся резче, дыхание – тяжелее. Маша теперь отвечает на его прикосновения – сначала робко, потом всё увереннее. Её руки скользят по его плечам, пальцы зарываются в волосы на затылке. Она больше не отстраняется – она направляет.
Внезапно Рашид Исмаилович замирает на мгновение, его тело напрягается, мышцы на руках вздуваются. В момент оргазма он издаёт хриплый стон, глаза закатываются, лицо искажается в гримасе экстаза. Его дыхание срывается, становится судорожным.
Рашид Исмаилович (прерывисто, с дрожью в голосе):
— О... ооооо....
Он теряет контроль над собой – его тело содрогается в оргазме. В последний момент он делает резкое движение и падает на Машу, придавливая её своим грузным телом. Его вес оказывается тяжёлым, горячее и влажное дыхание касается её шеи.
Все о сексе БИ пары(Четыре хуя для жены 2)