Я замолчала, смотрела на свои колени. В голове крутилось: «Это неправильно». Но в животе уже разгорался жар, и я вспомнила, как заглянула в комнату Пьера, увидела Мишель на четвереньках и чёрное тело сзади. Мне было противно — но я не могла оторвать взгляд. И тогда, в ту ночь, я возбудилась ещё до того, как поцеловала Антона.
Может, это был знак? Что я хочу не только одного мужчины, а чего-то большего?
— А ты сама? — спросила я, глядя на Лену. — Ты действительно хочешь?
Лена посмотрела мне в глаза, и в её взгляде не было сомнений.
— Хочу. Я ему доверяю. И с тобой вместе будет круто.
Она помолчала, потом добавила:
— Я уверена, что мы будем приятно удивлены.
Я вздохнула, чувствуя, как внутри всё ещё борется: страх и желание, стыд и любопытство. Ладони вспотели, сердце билось часто-часто, отдаваясь в висках.
— Ладно, — сказала я, и мой голос прозвучал глухо, словно не мой. — Давай попробуем. Но если я пойму, что это не для меня — я уйду. Ты обещай, что удерживать не будешь.
Лена кивнула, и её лицо озарилось улыбкой.
— Обещаю. Не удержим. Но ты не захочешь уходить, вот увидишь.
Она обняла меня, и я почувствовала её горячее тело, запах духов и ещё чего-то сладкого — предвкушения.
— Тогда завтра? — спросила она. — Он сказал, что может завтра вечером.
Я сглотнула.
— Завтра. Я успею подготовиться.
— Что, новый лифчик купим? — Лена засмеялась, и напряжение чуть отпустило.
— Может быть, — ответила я, и сама удивилась, как спокойно это прозвучало.
Мы встали, пошли домой. Я смотрела на Лену — она была счастлива, возбуждена этой тайной. А я? Я была напугана, но внутри уже всё горело, как костёр, который тушить поздно.
Вечером я лежала в кровати и смотрела в потолок. Вспоминала Антона, Диму, потом Мишель и Пьера. Может, Лена права? Может, это и есть мой путь — не выбирать между мужчинами, а пробовать всё, что возможно? Я не знала ответа. Но знала, что завтра вечером я переступлю ещё одну черту. И от этого внутри всё трепетало — от страха и от желания одновременно.
***
Ресторан находился на первом этаже пятизвёздочной гостиницы — той, что с высокими потолками, мраморными полами и швейцарами в ливреях. Я вошла через главный вход, прошла мимо стойки регистрации, где стояли элегантные постояльцы с дорогими чемоданами. Лифты бесшумно скользили вверх-вниз, и в воздухе пахло дорогим парфюмом и свежими цветами — огромные букеты стояли в вазах по углам.
Меня проводили в зал ресторана. Полутьма, свечи на столах, белые скатерти, хрусталь. За стеклянными стенами виднелся внутренний двор с фонтаном. Я сразу увидела Лену — она сидела за столиком у окна, поправляла волосы и улыбалась кому-то напротив. Рядом с ней, ко мне спиной, сидел мужчина.
Я подошла ближе. Он обернулся.
Первое, что я заметила — глаза. Тёмные, внимательные, с лёгкой усмешкой в уголках. Лицо смуглое, будто он только что вернулся с юга. Аккуратная тёмная бородка, коротко стриженые волосы. Белая рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей, пиджак из тонкой шерсти висел на спинке стула. На вид — за сорок, но в хорошей форме: плечи широкие, пальцы длинные, без колец. От него пахло дорогим одеколоном — цитрусом и деревом, не резко, приятно.
— Инесса? — он привстал, протянул руку. — Очень приятно. Илья.
Я пожала его ладонь — тёплую, сухую, с лёгким пожатием, без попытки показать силу.
— Мне тоже, — ответила я, садясь на стул, который он отодвинул.
Пробуждение от оргазма