— трасса, огни встречных машин. Я смотрела в темноту и чувствовала, как напряжение уходит.
— Я раньше была в Лондоне несколько раз, — сказала я. — Но для клубов была слишком молода. Так что это первый раз — по-настоящему.
— Шордич — лучшее место для первого раза, — ответила Ката. — Там не задают вопросов, не смотрят на одежду. Главное — не забыть паспорт. В клубах могут проверить, тут с этим строго.
Я похлопала по карману джинсов — паспорт был на месте.
Через час с небольшим автобус въехал в Лондон. Город встретил огнями, рекламой, толпами на тротуарах. Мы вышли на станции, где останавливался шаттл.
— Такси? — спросила я.
— Метро, — Ката потянула меня к подземке. — Так быстрее. Идём, я знаю маршрут.
Мы спустились в метро, купили билеты, сели на поезд. Вагон был полупустым — несколько пассажиров с сумками, парочка влюблённых. Ката сидела, положив ногу на ногу, и листала телефон.
— Выходим через три остановки, — сказала она, не поднимая головы.
Мы вышли на станции «Шордич-Хай-стрит». Эскалатор поднял нас наверх, и город ударил в лицо всеми звуками сразу.
— Ну, — сказала Ката, осматриваясь. — Шордич. Давай искать бар.
Она взяла меня за руку и повела по улице.
Мы зашли в первый попавшийся бар — полупустой, с красными светильниками и низким потолком. Сели у окна. Официант принёс коктейли — мохито, мята, лёд, ром. Я отпила, почувствовала, как по телу разливается тепло.
— Как карта ложится? — спросила Ката, улыбнувшись.
— Пока ровно, — ответила я.
Мы допили коктейли, расплатились и вышли.
— Куда теперь? — спросила я.
— В клуб, — Ката взяла меня за руку. — Я знаю одно место. Там танцы, туса, можно оторваться.
Она повела меня дальше, вглубь Шордича. Улица сузилась, огней стало меньше, но музыка — громче. Из одного клуба доносился хаус, из другого — хип-хоп.
— Здесь, — сказала Ката, останавливаясь у неприметной двери, над которой тускло светилась вывеска «The Basement».
На входе стоял здоровенный охранник в чёрном.
— ID, — рявкнул он, перекрывая музыку.
Ката достала из кармана джинсов свой венгерский паспорт, я — свой российский. Он бегло глянул, кивнул и пропустил нас внутрь.
Мы вошли. Внутри было темно, только вспышки стробоскопа выхватывали из темноты лица. Толпа танцевала, руки вверх, бёдра в такт. Басы били по ушам, в груди вибрировало.
— Идём на танцпол! — крикнула Ката, и мы нырнули в толпу.
Я закрыла глаза, отдалась ритму. Руки вверх, бёдра качаются, волосы летят в лицо. Ката танцевала рядом, её глаза блестели. Мы не говорили — музыка заглушала всё.
— Как карта? — крикнула она через некоторое время.
Я показала большой палец. Карта ещё не легла. Но она точно готовилась.
В клубе было много девушек. Красивых, ярких, в коротких платьях, с идеальным макияжем и дорогими сумками. Я оглядывала их между танцами и думала: мы с Катой выглядим не хуже. А может, и лучше — потому что на нас не было тонны косметики и мы не выглядели так, будто собрались на конкурс красоты.
Наше присутствие не осталось незамеченным. Сначала на танцполе к нам подплыл какой-то парень в кожаной куртке, пытался пристроиться сзади, но мы с Катой переглянулись и сменили позицию. Потом другой — предложил выпить, но у нас ещё были бокалы. Третий был настойчивее, но мы вежливо отбрили.
Мы танцевали, двигались, смеялись. Я поймала себя на том, что мне нравится внимание. Нравится чувствовать себя желанной. И Ката, кажется, чувствовала то же самое.
Через час мы решили передохнуть. С бокалами в руках оглядели зал, выбирая место. Свободный столик нашёлся в углу, за небольшим диваном. Мы уже
ПРИОБЩЕНИЕ СУПРУГА