с шипением. Холод. Стерильность. Бумажное покрытие кушетки. Гинекологическое кресло.
Рид натянула перчатки.
— Садитесь.
Металлический поднос тихо звякнул. Доктор взяла гладкий, тонкий силиконовый дилататор (расширитель) — его основание было соединено с небольшим управляющим модулем. Подняла, позволив верхнему свету скользнуть по смазанной поверхности.
— Стандартный вагинальный тренажёр, — произнесла она ровным клиническим голосом. — Модифицированный. Ошейник отслеживает мышечное напряжение, частоту сердечных сокращений, болевые реакции. Сопротивление — давление ослабевает. Расслабление — устройство немного расширяется.
Анна коротко втянула воздух, когда Рид потянулась за чем-то ещё — небольшим прозрачным цилиндром. Доктор прижала его чуть выше клитора и прикрепила к расширителю. Пластик мгновенно нагрелся от кожи.
Жар ударил в уши, в шею.
— Это...
— Клиторальный вибратор, — закончила Рид, нажав на устройство для фиксации. — Тоже управляется ошейником. Нам необходимо выработать у вашего тела ассоциацию между проникновением и удовольствием, а не болью. — Она отступила, листая планшет. — Теперь ждём.
Вибрация ударила без предупреждения. Анна задохнулась, руки метнулись к лобку. Ощущение — словно чужой кончик пальца описывал медленные, намеренные круги. Бёдра дёрнулись сами.
— Руки убрать, — приказала Рид, не отрываясь от экрана. — Пусть тело работает само.
Она вцепилась в края кушетки. Вибрация пульсировала в такт бешеному сердцебиению, каждая волна гнала жар всё ниже. Она сдвинула бёдра — вибратор загудел сильнее, глубже.
Рид наконец подняла взгляд.
— Отлично. Медикаменты начинают действовать. — Она коснулась планшета, и основание дилататора засветилось зелёным. — Начнём.
Гудение оборвалось. Тело всё ещё дрожало от принудительного, незавершённого возбуждения. Она уставилась на Рид, вцепившись пальцами в край кушетки.
— Начнём — что?
Уголки губ доктора чуть дрогнули.
— Ваше наказание.
В груди что-то оборвалось.
— Но только что... это разве не было...
— О нет. — Она усмехнулась — коротко, сухо. — Это была только подготовка.
Рид сорвала перчатки резким щелчком и кивнула на дверь.
— За мной.
Коридор уходил в сторону, противоположную кабинету. Анна шагнула влево — рука доктора сомкнулась на плече и развернула её вправо.
— Куда...
— Увидите.
Пульс подскочил.
— Я не люблю сюрпризов.
— Знаю, — усмехнулась Рид.
Они миновали процедурные кабинеты. Коридор расширился. Вдоль стен потянулись секции за армированным стеклом. За ними на скамьях сидели мужчины — кто-то разговаривал, кто-то сидел молча. Некоторые смотрели прямо на неё.
Анна замерла.
Рид не замедлила шага.
— Добро пожаловать в мужское приёмное отделение.
Она не смогла вдохнуть.
— Вы не можете...
— Могу. — Голос доктора стал почти мягким. — И вы тоже. Сегодня вы ассистируете при первичных оценочных осмотрах.
Под ногами качнулся пол.
— Здесь? Вот так?
Пальцы Рид скользнули по внутренней стороне бедра Анны — лёгкое, намеренное касание, от которого по коже прошёл холод.
— Именно так.
Впереди с шипением распахнулась дверь. Техник в медицинской форме вскинул голову — и застыл. Взгляд скользнул по Анне: голой, пунцовой, — прежде чем мужчина отвёл глаза к Рид. Доктор едва улыбнулась.
— Новый ассистент. Подготовьте все.
Кадык техника дёрнулся вверх-вниз.
— Да, доктор.
Анну качнуло. Гул мужских голосов, запах пота и антисептика, ощущение воздуха, давящего на обнажённую кожу — всё это навалилось разом. Рид наклонилась, и тёплое дыхание коснулось уха Анны.
— Не напрягайся. Работы будет достаточно.
— Что я должна делать? — прошептала Анна, голос осел от ужаса.
Рид подтолкнула её между лопаток вперёд.
— Процедурная четыре. Я покажу. Не бойся — это не секс.
Босые ступни несли её по стерильному коридору. Рид провела её в небольшую комнату: низкий стул посередине, лоток с медицинскими принадлежностями у стены.
— Садись.
Анна опустилась на холодный пластик, сжав колени.
Рид натянула перчатки с отработанным щелчком.
— Твоя задача — собирать образцы семенной жидкости для анализа. — Она подняла небольшой стерильный контейнер. — Перчатки, смазка, механическая стимуляция до эякуляции.
Мамин мастер